Сукины дети 2. Помереть не трудно

Я выдохнул и принялся откалывать от полена небольшие чешуйки, и одну за одной подкладывать их в огонь.

Ну, вроде, всё наладилось. Огонёк бодренько скакал по щепкам, превращая их в новые угольки, я смог расслабиться, и... тут меня одолел сон.

Просто спасу нет! Веки налились тяжестью, глаза осоловели, всё тело сделалось чужим, перестало подчиняться и слушаться. Оно хотело вытянуться прямо тут, возле очага, закрыть глаза и забыться.

Наверное, я поддался. Заснул прямо сидя, держа в одной руке топор, а в другой - свежеотколотую щепку.

Проснулся рывком, словно меня дёрнули за волосы. Открыл глаза, помотал головой. Тело затекло, задницы я вообще не чувствовал. Хотел подняться, но бросил взгляд на очаг...

Угли были чёрными и мёртвыми, как зрачок слепца. И ещё: показалось, что над ними кто-то нависает. Какая-то тень. Стоило на неё посмотреть - отпрянула к стене и скрылась за печкой.

Я ещё раз помотал головой, прогоняя наваждение. А затем наклонился и подул. Но осторожно, тихо, стараясь не взметнуть тучу пепла, а разбудить огонь.

Показались багровые всполохи. Кажется, парочка угольков была готова вспыхнуть. Тень метнулась из-за печки, мазнула крылом по моим волосам, накрыла очаг... И угли потухли.

Я заскрипел зубами. Да что же это такое? Казалось бы, простое задание: не дать потухнуть костру. А вот поди ж ты...

Ладно, соберись, - сказал я себе и сосредоточился. - Ничего сложного: нащипать лучины, отыскать горящий уголёк, разжечь пламя и подбрасывать щепки непрерывно, пока всё не разгорится.

Сказать - проще, чем сделать.

Как только я принялся щипать лучину, кто-то потянул меня за волосы. Я вскинулся. Огляделся - никого нет. Только на стене, занавешенной цветастым ковриком, корчится тень.

Казалось, она меня дразнит.

Тряхнув головой, я сосредоточился на огне. Подбрасывал щепки, следил, чтобы была тяга, и старался не обращать внимания на то, что происходит вокруг.

Это было не так-то просто.

В какой-то момент теней стало две. Затем - три. А может, это была всё та же, первая тень, но мельтешила она с такой скоростью, что я не мог уследить.

В уши задувал холодный ветер, он же норовил потушить каждый язычок пламени, который я отвоёвывал с таким трудом. Угли то наливались багровым светом, то чернели, покрывались пеплом.

По всей избе шли какие-то стуки, царапанье - словно бы громадными когтями. Громыхали чугунки, на печке кто-то шумно возился...