Аскольдова могила

Баланс тоже должен быть великолепным...

Отто фон Шольц в первый миг даже протянул руку к оружию, но отдёрнув пальцы, вспомнив, что под грязью и окислами может таиться серебро. Тонкие плёнки или крупицы, но ожог от него может докучать на протяжении нескольких дней и даже недель. Зачем искушать Великую Тьму. Сейчас не время хворать, время действовать.

— Что это? — спросил он волшебника. — Что это за меч и откуда он у вас? Отвечайте, когда вас спрашивают, разрази меня Великая Тьма!

— Не волнуйтесь, мессир, — побледнел Вайнштейн.

— Я не думал вас обидеть...

— Быстрее, — сипло прошипел вампир. Его выдержка тоже имела свои границы, прочность которых никто не мог проверять безнаказанно.

— Да-да, конечно... — Зачастил колдун. — Это меч Генриха Первого Птицелова...

— Что за чушь? Меч короля Генриха хранится в Берлине и рейхсфюрер ежедневно...

— Нет-нет! — Всплеснул ладошками Бруно, с опаской отодвигаясь от штандартенфюрера. — Я сейчас всё объясню. Тот меч, который официально признан оружием короля Генриха, на самом деле — фальшивка.

Нет, подделка очень хорошая. Я не знаю, когда именно она делалась, но мастера сумели повторить всё — размеры, вес, баланс, они искусственно «состарили» клинок и эфес. Эти два меча почти неотличимы.

— Тогда как же ты смог отличить?

— Эманации! — Поднял палец Вайнштейн. — Аура! Я разработал уникальную методику считывания ауры с предметов. Благодаря ей я сумел доказать на сто процентов, что меч Генриха Гиммлера никогда не был в руках у Генриха Птицелова. Его изготовили в начале девятнадцатого века, когда из музея в Дрездене пропал оригинал меча.

— Зачем?

— Чтобы скрыть пропажу.

— Начало девятнадцатого? — Задумался на миг вампир. — Наполеоновские войны?

— Да, скорее всего меч похитили именно тогда. Без ложной скромности могу заметить, я потратил больше десяти лет. Я рылся в архивах, а составлял гексаграммы и говорил с духами. И я выяснил, что меч был украден одним французом — охотником за историческими ценностями. Полковник Дю-Шане служил интендантом в корпусе маршала Даву.

Как мне удалось выяснить, выполнял задание Лотарингского Ковена. Но не преуспел. Согласно записи зарублен партизанами Дениса Давыдова во время отступления из сожжённой Москвы. Скорее всего, меч достался одному из гусар — корнету Вольскому, который после войны передал его своему дяде — титулярному советнику Вольскому, служившему в канцелярии Киевской губернии, а после ухода со службы избранному предводителем дворянства Сквирского уезда.