Чистильщик

Он протянул руку, чтобы открыть, и его охватило острое желание не спускаться в подземелье. Такое случалось каждый раз, когда он оказывался тут. Душа его противилась остаться без магии пусть и на недолгое время.

Он глубоко вдохнул, словно собираясь нырнуть в глубокую воду, и потянул дверь на себя. Сразу за порогом начиналась каменная лестница. Тома шагнул на первую ступеньку, притворив за собой дверь. Оставил саквояж здесь – он будет только мешать. И начал долгий спуск.

Пещеру ничто не освещало, и первые три десятка ступеней он двигался буквально на ощупь, опасаясь сорваться вниз, но затем мрак, казавшийся полным, просветлел, и Тома различил ступени.

Путь к Столбам был утомителен и однообразен. Он долго шел полумраке по лестнице без перил, подвешенной над темной бездной. Лестница несколько раз поворачивала, но Столбов не увидеть до последней ее трети – их скрывал нависавший свод пещеры. Наконец открылось само огромное подземелье, и Столбы, светящиеся ярко-зеленым светом. Тома остановился. Сам себе казался букашкой на фоне столбов.

Их основание терялось в пропасти, а вершина уходила в свод пещеры и исчезала в нем. На поверхности земли они никак не проявлялись.

Столбы светились не как раньше. Свет мигал. Зеленый огонь, регулярно пробегающий от низа до верха по каждому из них, будто-то бы обессиливал и истаивал, не добираясь до свода пещеры.

Тома не стал подходить ближе и спускаться на карниз, чтобы заглянуть в бездну. Посчитав, что увидел достаточно, он начал взбираться обратно, быстро как мог, надеясь, что его магия не сильно пострадает на этот раз.

Но, видимо, Туман выпил много силы, и вскоре Тома почувствовал, что каждый шаг дается наверх ему с трудом.

Дважды Тома садился на ступеньки, чтобы отдохнуть. Тошнота накатывала, как с хорошего похмелья. Из подземелья он просто вывалился, с трудом перетянув через порог саквояж.

В холле его ждал Игнатий. Целитель, подхватив Тому, дотащил его до кушетки. На столике возле появился стакан с водой, куда Игнатий накапал из склянки.

- Ты всех из одной склянки поишь? – поинтересовался Тома, обтирая выступивший пот.

- Я видел, как ты пошел к Столбам. Это поможет быстрее восстановится.

- Откуда такая забота?

- Я целитель. И моя задача заботиться о каждом живущем, чего бы он не натворил в этой жизни. Случалось, что целители обменивали свою жизнь на жизнь пациента. Это часть нашей миссии в этом мире.

- Как пафосно! – заметил Тома. – И ты веришь в это? В свою миссию?

Руки дрожали.