В Карэре все любят кошек

В чем вообще открытие?

— Если достаточно долго наблюдать за животными, обучить их определенному этикету и изучить их повадки, можно убедиться, что они обладают природными управленческими качествами. Они — представители той мягкой силы, которой не смогут противостоять даже генералы с их бомбами.

— Коты имеют представление о налогообложении? Экономике? Судостроении? Электростанциях?

— Нет, — произнесла Соррель с мягкой улыбкой, глядя на Эмили, как на талантливую ученицу, приближающуюся к разрешению не самой сложной, но запутанной, задачи.

— Для этого, конечно, нужны люди. Но посмотрите на наш город — благодаря этому кошачьему приему у нас нет ни налогов, ни электростанции, ни военной обязанности. И все жители города счастливы.

— Вот для чего вам нужна была кошачья диктатура, — усмехнулась Эмили.

— Ни один кот ни разу не казнил человека из-за его политических убеждений. Ни один кот не пытался уничтожить землю, которая его питает. Ни один…

— Благодарю за Ваши показания, я не буду раскрывать, что эта информация получена именно от Вас, — Эмили шумно выдохнула, поставила отметку в раскрытом гроссбухе и снова повернулась к Соррель.

— Меньшие налоги и никакой военной обязанности выглядят как достаточная мотивация для того, чтобы спекулировать правом.

— Вы меня не поняли, Эмилия, — снова ласково заговорила ученая. — Мы могли бы распространить эту мягкую силу на Галстерру. Не было бы ни войны, ни бедности. Мы бы распространили такую модель на весь Стеклянный Архипелаг!

— Стеклянному Архипелагу нужны здоровые торговые отношения и взаимное признание государствами границ.

Кошки тут не помогут.

— У этих животных прекрасно развито чувство территории, — выпалила Соррель. Ее строгое лицо раскраснелось, покрылось пунцовыми пятнами. Эмили подумала, что также, задыхаясь, эта женщина объясняла важность своих исследований, когда ее лабораторию закрывали.

— Пожалуйста, покиньте мою комнату, — только и сказала Эмили, положив руку на револьвер. Соррель посмотрела на неё с высокомерным пониманием, кивнула и поднялась со своего места.

Граф уселся на ее сухое жилистое плечо и одарил Эмили насмешливым взглядом, как будто он имел собственное мнение о предмете их с Соррель беседы.

— Я просто хочу сказать, мисс Сейл, что я в первую очередь учёный, и моя цель — с помощью науки сделать жизнь лучше. Моя комната на мансарде, заходите в любое время.

Эмили кивнула и, как только женщина покинула комнату, заперла дверь и подперла ее стулом.