В Карэре все любят кошек

Я на этом острове давно, можно сказать, я его коренная жительница.

— Вы военнопленная?

— Не совсем. Я лишилась дома в прошлых территориальных войнах, а на Карэру попала, когда здесь основали лабораторию. Я руководила департаментом зоологов.

— Я думала, тут создавали оружие и лекарства, — сказала Эмили.

— А мы занимались дрессировкой животных, чтобы они искали взрывчатку, лекарства и выживших. В основном работали с дельфинами, их тогда много было. Но на Галстерре построили электростанцию, и животные покинули эти воды, работать стало не с чем.

Нас списали. Я осталась здесь продолжать научную работу по войнам между животными. Больше всего здесь было кошек, и я начала наблюдать за ними. Это, наверное, единственное существо, которое пользуется безграничным доверием и прощением со стороны людей.

— Это не всегда так.

— Если собака зарычит на ребёнка, ее с большей вероятностью пристрелят, чем кошку. А если кошка оцарапает ребёнку руку, ну… все обойдётся малой кровью.

— Вы ставили эксперименты над кошками? — Эмили метнула быстрый взгляд на входную дверь. В коридоре раздавались тяжелые шаги. Трое человек прошли мимо, постояли в коридоре, а затем зашли в соседнюю комнату. Хлопнула вылетевшая из бутылки пробка, зашелестел проигрыватель, а следом раздался нежный женский голос. Два мужских стали подпевать. Соррель, наблюдавшая за тем, как Эмили прислушивалась, улыбнулась.

— Я не тяну время, не беспокойтесь. Просто стараюсь все объяснить достаточно понятно.

Эмили кивнула, мысленно считая шаги. Два — к балкону, долю секунды на прыжок, она удержится за шпалеры и спустится практически бесшумно на главную дорожку, а к рассвету она уже будет в Галстерре, рапортовать Эскроу.

Соррель тем временем продолжила.

— Так вышло, что семейство кошек обосновалось в медицинском блоке. Видимо, их привлекли рабочие отходы, оставшиеся после разработки успокоительного, потому что то, что там творилось… это была просто вакханалия.

Я забрала их к себе, и стала наблюдать. Мы никогда не делали ставку на кошек в нашей работе, они совершенно не поддаются дрессировке. Но в ходе наблюдения я заметила, что они прекрасно умеют взаимодействовать с другими видами и занимать лидерскую позицию даже с более сильными животными. Они умные, умеют манипулировать и добиваться своего. Особенно они преуспели в этом с людьми.

— Это все и так знают.