Как хорошо быть генералом

— Он хихикнул: — О, какая рифма! Может, мне песни начать писать?

Кирилл хмыкнул, сел ровнее и глаза закрывать не стал — немного осталось. И, правда, закончилось быстро, из шестисот с лишним случаев, произошедших во время того летнего солнцестояния, помянуты были ещё только американец Дэвис, спаливший файерболом падающее на него осиное гнездо, и японка Ёсико Игараси, остановившая и рассеявшая цунами.

Потом были отрывок из поэмы «Ведьмак», что-то, напоминающее танец ундин, трагическое хоровое песнопения о трёхмесячном младенце, стёршем с лица земли Подольск, и годовалом, спалившем адским пламенем американскую Вичиту.

Кирилл исподтишка поглядывал на часы.

Ведущая радостно объявила:

— А в заключение наши замечательные солистки исполнят замечательные лирические песни нашей замечательной выпускницы, знаменитой поэтессы и певицы Матильды Грасс. Прошу!

На сцену выбежала рыжая Наташка и радостно завела:

Как много стало ведьмаков,

На улицах Саратова.

Красивых, смелых, холостых,

А я люблю женатого.

Кирилл обречённо вздохнул, отвернулся от сцены и заметил, как Верховная насмешливо улыбнулась и наклонилась к директору.

Оживившись, он начал подслушивать:

— Вот вам типичный пример: что вижу — о том пою. То есть сочиняю.

Директор понимающе улыбнулась, немного помялась и неуверенно спросила:

— Я только не понимаю, при чём тут Саратов. Малечка у нас несколько раз выступала, но как-то неудобно было спрашивать.

— Малечка... Которая Машка Травникова по паспорту. Её пригласили на открытие нашего высшего десантного училища.

Ну, ты помнишь безобразное побоище, которое люди́нские десантники устроили с нашими в Рязанском. Всё меряются разными органами, болваны. Вот и решили их по разным углам развести.

Директор понимающе кивнула:

— Ясно, а там восторженные ведьми́нки...

— Какие там ведьми́нки! Там Малечка твоя со своим восьмым уровнем. Положила глаз на ректора. А у того жена — люди́нка. Вот она без затей и выдрала Машке патлы. И синяк под глазом поставила. Так и родилось бессмертное творение.

В страданиях.

Верховная захихикала, в директор ахнула:

— Так ведь ректор там — сам генерал Лютый. А жена у него...

— Вот именно. Пра-пра-пра самого Маргелова. Выпускница Рязанского, люди́нского отделения, естественно. Без всякого ведьмовства двух ведьмаков уделывает. Да ещё и парочку ведьми́нов в придачу.

Допущенная к высшим тайнам, директор на удержалась:

— А самого его, ну, мужа...

— Против мужа у неё кишка тонка. За то, говорят, и полюбила.