Дело о золотой маске

Этот зельевар украл нечто очень нужное и ценное в Чардине, а затем либо передал сразу этому некто, либо сам отправился в Гранвиль. Лично я поставил бы на первое. Посредник передал мешок дарвейнцу.

— Найти бы его.

— Уже. Рожъэ до нашего приключения на балу выезжал на разложившийся труп. Причем, нехорошо так разложившийся: слишком быстро, весь вздутый, словно в воде пролежал, в синюшных пятнах… не к ночи будь рассказано, в общем. А главное, не опознаваемый. Вроде бы. Ни по лицу, ни по телу, ни по прочим следам, магию, если и была, смыло напрочь.

Но вот татуировка в чудном месте за мочкой уха осталась: на совесть делал, с условием, чтобы могли опознать, даже если сгорит.

— И?..

— Да чего ты разволновался? И – не и, а магию, наложенную на мастерство настоящего мастера не перебить каким-то там даже очень сильным дарвейнским ядом. Оказался то наш давний знакомый: авантюрист и пройдоха Фингал.

Итен кивнул. Фингала лично он не брал ни разу, а вот коллеги — с периодичностью в год-три. Самое забавное, что в случае поимки, вор и мошенник всякий раз убалтывал потерпевших не отправлять его в тюрьму: лил патоку в уши, вертелся ужом на раскаленной сковороде, возмещал причиненный ущерб, приплачивая сверху.

Ко всем умел найти подход, но везение не могло длиться бесконечно.

— И да родится он в следующей жизни поспокойнее.

Лидар кивнул.

— Фингал любил авантюры гораздо сильнее заработка. Провернуть кражу редкого ингредиента — в его духе. И знаешь, Ит, я не провидец, но готов спорить: яд, каким отравили Фингала, совпадет с тем, какой извлекли у этого… братца мэра Дарвейна.

Кстати, врет он, по-моему, как кобыла у таверны.

Итен хмыкнул.

— Рассказываешь складно. Подтвердилось бы еще.

— Да наверняка подтвердится. А дальше просто: убив подельника, дарвейнец затаился и ждал: насколько понимаю, того «котелка», которого первой настигла чардинка.

— Сама идея спрятаться в многолюдном городе-порте мне нравится, — оценил Итен. — Хотя...

— Вот именно, что если бы за украденным отправили обычную погоню, то затерялся бы, — покивал Лидар.

— Ведь все концы обрубил. Зельевар мог бы указать только на убитого Фингала, все. Но чардинка оказалась непроста. И нашла не самого дарвейнца, а того, кому он должен был отдать мешок. С известным исходом.

— Ну-ну, — поторопил Итен, — продолжай.

— Допросить нужно этого супчика… субчика да какая разница? Пожалуй, даже с пристрастием, — проворчал Лидар. — Вряд ли именно он — самый главный гад, но может и не из последних.