Апостол Смерти

Проживший до и после смерти дольше меня, он считал, что знает всё лучше, а вот с тем, что «новенький салага» учит его правильному существованию, мириться не желал.

Я не собирался спорить. После общения с таким «сородичем» одиночество уже не так страшило меня, как ещё сегодня утром, и без какой-то боязни и объяснений я собрался уходить.

– Никита! – окликнул меня Игорь. – Если… если этот парень выживет…

– Выживет.

– Он проведёт в больнице всяко не одну неделю. Приходить к нему тебе нет никакого смысла, искать другого проводника – тоже.

Пока тебя видит один, тебя не увидит больше никто другой… – Игорь запнулся, подбирая слова, и кинулся догонять меня. – Ты такой же одинокий, как и я! Нам нужно держаться вместе! Ты слышишь меня? Кроме меня у тебя никого нет! Куда ты собрался идти?!

Без всякого удовольствия я понял, что он прав, и из груди вырвался обречённый вздох.

Глава 8 «Мальчик для битья»

Хоть и был вполне готов к вечному угнетению, долго находиться рядом с Игорем я не мог.

Компании пропащей родственной души с такой же загадочной судьбой он радовался от силы полчаса. За это время я успел узнать, что смерть настигла его в возрасте тридцати двух лет, причём не так уж и давно, и последние недели он был лишён всякого общения, так как его проводник улетел в отпуск. Вот, в принципе, и всё. На вопрос о том, что заставило Игоря соорудить из собственного галстука петлю, он угрюмо отмахнулся и ушёл в себя.

Большую часть времени я гулял по улицам, со скуки ездил во все отдалённые районы города, слушал бессмысленную болтовню своих попутчиков, думал о жизни и смерти и, если везло, полностью отключал разум, как в первые часы моего выхода из ячейки колумбария.

Эти минуты помогали мне сохранить самообладание и контроль над уставшим рассудком перед лицом бесконечности.

Периодически, но не так часто, как хотелось бы, мне удавалось уснуть в одной из спален нашего с Игорем временного пристанища и даже видеть какие-то сны. Не те реальные видения, что изводили меня в квартире Леры, а вполне себе безобидные нелогичные и незапоминающиеся картинки искажённого прошлого и абстрактного будущего.

Просыпаясь поутру или в разгар ночи, – как тут сориентируешься, когда квартира круглые сутки залита солнечными лучами – я чувствовал лёгкий душевный подъём, словно бы несколько быстротечных часов побыл живым человеком.

Пару раз ездил в городскую больницу и торчал на посту, в надежде узнать о своём проводнике.