Апостол Смерти

Так уж устроена жизнь – кому мир на блюдечке с каёмкой, а кому выживание в нищете и борьба за кусок пресного хлеба.

Хеллсинг уселся на стул у компьютерного стола. Нервишки парня вновь были на пределе, глаза бегали по всей комнате, скрещенные пальцы обеих рук выписывали кренделя.

– Пришли поинтересоваться моим здоровьем? – пробормотал он.

– И это тоже, – кивнул Демид. – Как твоя голова, не болит?

На бледном лице Хеллсинга прыгнул мускул.

– Нет.

– Все таблетки пьёшь своевременно?

– Да.

– Когда последний раз?

На секунду мне показалось, что Хеллсинг схватит со стола лекарства и швырнёт их Демиду в лицо.

Но таблетки – или страх? – делали своё дело исправно. Мой проводник спокойно взял полупустые блистеры и показал некромантам со всех сторон, точно доказывая подлинность купюры.

– Только что выпил. Пять минут назад.

– Умница, – сухо похвалил его Сумрак и, как я понял, собрался перейти к сути своего визита. Понял это и Хеллсинг, сжал таблетки в руке и торопливо выпалил:

– Откуда вы узнали… когда меня выписывают?

– Ну, это было не сложно, – впервые подал голос Фантом.

– Общительные медсестрички запомнили меня, когда я привозил тебе вещи, и радовались каждому моему звонку на пост.

Он говорил вполне себе дружелюбно, без ноток превосходства и показательной заботы, и дёрганные движения вчерашнего пациента чуть замедлились.

– А ты часто звонил?

– В основном в смены Марии, – располагающе улыбнулся Фантом. – Помнишь, светленькая, кудрявая, с высоким хвостом?

– А-а, в розовом костюме которая?

– Да-да-да! Скромная такая, но милая, смеётся красиво, как колокольчик.

Лёгкая улыбка оживила Хеллсинга и на миг стёрла впечатление недавнего психа.

– А её Машкой зовут? – спросил он. – Я всё хотел, да как-то не решился имя её спросить.

– Учись, студент, пока я жив, – по-доброму усмехнулся Фантом, завалился на спинку дивана с видом мастера обольщения и стал делиться методами грамотного знакомства с девушками.

Хеллсинг постепенно освобождался от напряжённости. Пальцы его перестали судорожно сжимать лекарства, плечи расслабленно опустились, и парень радостно поглощал каждое услышанное слово.

Он не замечал, что внимательно наблюдающий за ним Демид так и ждёт подходящего момента, когда жертва потеряет бдительность, чтобы застать её врасплох.

И вот, когда руки спокойно легли на колени, спина выпрямилась, а похрустывание блистеров полностью затихло, Сумрак выдал:

– Я связался с душой Антона.

Улыбка застыла на лице Хеллсинга, как в посмертной маске.