Самое тихое время города

Народ был разнообразный. Многие расхаживали в килтах, каких-то исторических и не очень костюмах. До вечера Игорь успел познакомиться с двумя настоящими славянскими шаманами, одним истинным гипербореем, немеряным количеством кельтов, скандинавов и русичей, одним эльфом и одним совершенно настоящим, природным калмыком, который приехал специально на фест аж из самой Элисты.

К родной стоянке при медпункте Игорь вернулся уже ближе к вечеру, чуть пьяный и даже не голодный — кормили везде. Такая царила атмосфера всеобщей благостности.

И вот в таком настроении любви ко всему сущему Игорь и пребывал до самого вечера, когда, оставив дежурить в лагере Кота и Елену Прекрасную, вся компания отправилась на большую поляну.

Солнце клонилось к закату. На поляне среди длинных скамей, чурбачков и бревен для сидения лежали пенки и еще какие-то сидушки, между ними торчали факела — в основном из "Икеи", бамбуковые, но были и более внушительные самодельные, факела торчали и возле сцены, а под самой "ракушкой" висели жестяные фонарики со свечками внутри.

Народ рассаживался, над поляной стоял ровный гомон, кое-где прерываемый взрывами хохота или невнятными воплями. Вынырнувший из-за очередного викинга Ли схватил Игоря за рукав и повлек в уголок поближе к сцене, справа. Там на низкой лавке из горбылины сидели Елена с Кэт. Тут же на пенке расположился Джек, с кружками, пивом и куриным шашлыком.

Пророкотал ударник, стихли разговоры. На сцену откуда-то из длинных вечерних теней шагнула Элис.

Днем, в джинсах и тонком свитерке, она была миловидной девушкой Елизаветой, теперь же, в вышитом зеленом платье (сама вышивала) она казалась Девой Холмов.

У ирландской арфы совсем не такой звук, как у классической, концертной. Арфист обнимает ее, трогает струны — и резной короб у самой его груди вибрирует, звук арфы рождается рядом с голосом певца. Это и есть волшебство древних бардов, чары Ойсина.

Вживую голос Элис звучал совсем по-иному. Она мгновенно овладела всеобщим вниманием, захватила до конца.

Игорь даже удивился — по радио и в записи все звучало совсем не так. Красиво — но не волшебно. А сейчас вокруг заклубилось настоящее волшебство... Может, это было из-за того, что кругом чернел вешний лес, а в небе влажно мерцали звезды. Игорю стало казаться, что пространство непонятным образом дрожит и меняется, а по спине непрерывно, волнами идет щекотный холодок...

А над лесом встала Госпожа Луна, и Игорь вдруг мгновенно устал и замерз.