Самое тихое время города

И увидел, что вокруг уже мало осталось народу, и музыка кончилась. Игорь поежился. Луна светила ярко, и дорога была хорошо видна. Вопросительно посмотрев на Госпожу и вежливо поклонившись, он двинулся домой. В крови еще вспыхивали искорки веселья, и он улыбался. Луна светила в левую щеку, словно гладила висок, и волосы чуть шевелились от ее белого прикосновения.

— Бойся левой стороны, — прошептал кто-то бесцветным, плоским, без эха голосом.

Игорь резко обернулся. Никого. Непонятный страх прополз по спине. Игорь стиснул зубы, поднял плечи и, сунув руки в карман, быстро зашагал к лагерю, твердя: "Не боюсь.

Никого не боюсь. И не побегу". А ноги сами рвались бежать. Но Игорь упорно, нарочито медленно шагал к лагерю, злясь на себя и не позволяя этому непонятному внезапному страху овладеть собой.

— Бойся левой стороны, — снова.

Он вздрогнул. Замер. Тихо. Так невероятно, неестественно тихо... Медленно повернул голову. Слева, там, где из распадка, по которому бежал ручей, выходила на дорогу тропинка, у колеи лежала какая-то слишком черная тень.

Игорь остановился. Тут ничего такого темного быть не могло. Он видел эту тропу днем — ни пня, ни камня, ничего подобного тут не было. В голову мгновенно ударил адреналин. Кто-то затаился и ждет...

Это темное, бесформенное вдруг слабо пошевелилось и тихо застонало. Человек. Игорь осторожно сделал пару шагов. Человек приподнялся на руках и с трудом поднял голову. Блестящие глаза уставились на Игоря. В свете луны было заметно, как мгновенный страх сменился облегчением.

— Пожалуйста... помоги...

Игорь попытался поднять его. От человека пахло кровью. Он был весь в грязи. Идти он не мог.

— Скорее... пес по... следу...

У Игоря горячая волна прошла по телу. Если бы он не остановился, не посмотрел, он давно уже был бы в лагере, с девочками, которые сейчас там одни, если дежурные опять ушли по делам...

— Сейчас, потерпи, тут близко.

Раненый только помотал головой, что-то хотел сказать, но Игорь, крякнув, поднял его на спину, как баранов таскают, и поволок.

Раненый вдруг засопротивлялся.

— Нет... мой меч... нельзя...

— Да плюнь ты! — выругался Игорь. — Надо скорее к медикам!

— Нет! Нельзя! Ты не понимаешь! — раненый бешено задергался и, в конце концов сполз у Игоря со спины и попытался доползти до валявшегося в грязи чуть изогнутого меча.

— Черт с тобой! Валяйся здесь, идиот! — рявкнул Игорь, поднимая, однако, оружие с земли. К удивлению ощутил знакомую любому серьезному фехтовальщику тяжесть настоящего оружия.