Самое тихое время города

— Какую? Какую башню? — встрепенулась Елена.

— А я что? Я ничего, вы того, ищите, — затараторил тот, удаляясь в тени и растворяясь в них.

— Опять смылся, — хихикнула Эвриала. — Пустил ежа под череп — и привет...

— Кстати, о башнях, — взяла слово Елена. — Вот.

Она достала из-под стола завернутую в упаковочную бумагу картину. Вспорола упаковку и веревку острым алмазным ногтем и, нетерпеливо ободрав бумагу, повернула картину лицом к собранию.

— Ничего не напоминает?

На картине сходились на углу три московских улицы.

И в их перекрестье проступала другая Москва, она проступала и на улицах — но гораздо слабее, словно бы в этой точке сходились несколько разных пространств одного города.

— Узнаете?

— Ой, — пискнула сова. — Это же точка перехода! Откуда?

— Я нашла эту картину на выставке в галерее МДХ. Недорого. Кстати, Ли направил. И вот еще посмотрите.

Это был совсем небольшой рисунок. Безошибочно угадывались силуэты здешней Москвы — но над городом вставала призрачная башня. Спиральный конус, выходящий из земли, словно конец пронзающего ее огромного, чудовищного бура.

Обвитая огнями, сверкающая стеклом — и прозрачная. Рисунок вызывал гнетущее, зловещее впечатление. Словно знак судьбы.

— А художник, художник кто? Где его найти? — воскликнула Кэт.

— Я знаю только имя — Андрей Соколов. Самое забавное и подозрительное, — продолжала Елена, — что сразу после меня в салон просто ворвался какой-то мутный мужик и скупил все оставшиеся картины Соколова. Более того, он и у меня хотел вот эту перекупить, но я отказала.

И он так уж обхаживал тамошнюю продавщицу, выспрашивал адрес, что если бы и я стала просить адрес, это оказалось бы подозрительным. Да, мужик уехал на черном лимузине. Каком-то резиновом, что ли. Он, право слово, прямо изгибался вокруг углов. И это не от жары, это правда!

— Художника срочно надо найти! — стукнул кулаком по столу Аркадий Францевич. — И предупредить.

— Делов-то, — отозвался Джедай. — Завтра пойду туда да по своим старым знакомствам и узнаю.

Притворюсь опять рисунком — впервой, что ли на стенке висеть. С картинами пообщаюсь. Они все знают. "Митьки" к тому же опять в моде. Главное, — как бы между прочим сказал он, принявшись вылизывать плечо, — чтобы не купили меня.

— Да кому ты нужен, — фыркнул Джек.

— Я авторский и раритетный! — возмущенно поднял голову Джедай.

— Ладно-ладно, — примирительно сказал Аркадий Францевич. — Вот выясните все, сударь мой, сразу и зайдем к нему.