Девушка и зверь

До конца гонки они не произнесли больше ни слова, если не считать отдельных выкриков: «Давай!.. Ну же! Что ж ты… Есть!»

- Фройляйн фон Гросс, - гневно повторил ее отец, - как вам не стыдно? Что о вас подумает герр Крюгер?

Мария залилась краской и торопливо отпрянула, прижимая ладони к груди:

- Простите. Я… нечаянно… Но папенька, ведь он выиграл! Ведь выиграл, да?

- Да, Омат выиграл, - кивнул фон Гросс. – И весьма удачно.

- Это герр Крюгер мне подсказал…

- Вы? – барон посмотрел на Макса в упор так, как будто только сейчас увидел молодого человека.

– Вы решили сделать ставку?

- Да, я…

- Поздравляю. Вы знаете, - фон Гросс заглянул в свои записи, - как ставили на Омата?

- Понятия не имею. Я выбрал его наугад.

- Это правда?

- Да, папенька, - вмешалась его дочь. – Я спросила, и…

- Фройляйн фон Гросс, - холод в голосе отца сразу пригасил все радостные эмоции у собеседников. – Вам бы стоило помолчать… Герр Крюгер, моя дочь…

- Ваша дочь – очаровательная и милая девушка, - не менее холодно откликнулся Макс.

– Она меня попросила. И я не смог ей отказать.

- Вот как? – барон смерил обоих молодых людей взглядом. – Уж не хотите ли вы сказать, что моя дочь играла?

- О нет, - улыбнулся Макс. – Ставку делал я. Но в честь победы позвольте мне сделать вашей дочери подарок.

На это барон ничего не смог возразить.

Провожая барона с его дочерью до коляски, Макс неожиданно вспомнил о второй встрече.

До конца дня оставалось достаточно времени. Пирута уже обиходили драконюхи, и зверь спокойно лежал, ожидая кормежки. Впереди было несколько дней законного отдыха – можно даже уехать из города на пару дней. В прежние времена они с Артуром брали выходные и действительно покидали столицу, отправляясь в небольшое путешествие, либо гостили у Макса в загородном поместье. И лишь один раз эта традиция была нарушена – месяц назад, когда весь свой выходной ему пришлось заниматься похоронами друга.

Да, Артура Миллера не было в живых уже месяц. Сегодня вечером, через каких-то четыре-пять часов… Тридцать дней назад, день в день…И за эти тридцать дней он почти не продвинулся в своем расследовании.

Выяснить удалось немного. Во-первых, Борх не сам напал на человека – его вынудили. Рутовый порошок, попавший на одежду Артура, раздражил чувствительное обоняние дракона и спровоцировал приступ агрессии.