"Карусель теней"

– Жить без него не может, сколько ему ни дай – все мало. И слуга его, поди, тем промышляет, набивает себе карманы златом-серебром, сгребает его под себя отовсюду, откуда сможет. Может, он его даже поставил смотреть за… Впрочем, нет. Полоз такие дары смертным редко делает, ведь часть добра тогда из его рук в чужие уплыть может, что нестерпимо. Жаден он без меры, ведьмак. Ох, жаден!

– А как вы проведали, что у Полоза помощник объявился? – спросил я у богини. – Не сам же он вам про это рассказал?

– Как-то, – Морана даже не скрывала, что не собирается делиться со мной подобными секретами.

– Главное – таить не стала, все тебе выложила как есть. А ты уж дальше сам мозгами раскидывай что да отчего.

Раскидывай. Это у вас в дохристианской Руси вражда была относительно честной, потому в большинстве случаев верх брал тот, кто на момент столкновения находился в лучшей физической форме. А у нас все куда проще, куда циничнее, и именно по этой причине велик шанс того, что если этот змеепоклонник меня первым найдет, то я и в самом деле раскину мозгами.

По асфальту. Почему? Потому что хороший снайпер всегда бьет в голову, а не в корпус.

Хотя… Может, он все же сначала захочет поговорить? Вдруг он вовсе не такой уж злодей, каким его Морана подает? С нее соврать станется. Полоз-то небось обо мне тоже ни одного доброго слова своему миньону не сказал.

– Поживем – увидим, – я зевнул. – Ну, если новостей на сегодня больше нет, то пора прощаться.

– Погоди, ведьмак, – остановила меня Морана.

– Скажи, а «паства» – это кто?

Надо же, какие у наших предков памятливые и любознательные боги были! Но и у меня с этим полный порядок, я про одно обещание, что ей мне было еще тогда дано, тоже не забыл. То, которое ее книги касается.

Но не сейчас я ей про него напомню. Не сегодня.

– Все, кто в вас верил, и все, кто вам поклонялся. Проще говоря, те, кого у вас больше нет.

– А ты?

– А я друг, потому мне верить в вас не обязательно. Главное – не подводить. Разве не так?

Ответа я не услышал, так как мир закрутился вокруг меня, подобно детской игрушке «волчок», и все, что я успел заметить, будучи брошенным в серое небо, так это изгибы тела гигантской рептилии, которые на миг появились в разрыве туманной пелены на той стороне реки.

Великий Полоз, надо полагать. Ползает, выглядывает, вынюхивает. Не зря, выходит, Морана его опасается, есть на то основания. Интересно, он меня сейчас видел? Если да – плохо. Ну, или как минимум – нехорошо.