Девушка с волшебным платком

Леха в ответ только хмыкнул:

— Выгода, как же.

Потом еще раз очень серьезно и горячо сказал:

— Спасибо, ты просто невероятный помощник и друг, Кать. — А заметив, что она собралась возразить, воскликнул еще: — И не отпирайся даже!

Катя улыбнулась, поневоле растроганная его словами. В последнее время она как-то растеряла всех друзей и привыкла к одиночеству. А с Лехой они были знакомы меньше дня, но ей и самой уже слабо в это верилось. Казалось, с тех пор как он появился на ее пороге, прошел год, если не годы.

Так что у нее не оставалось ни сил, ни желания с ним спорить.

— Ладно, не буду, — согласилась она вслух.

Потом взмахом волшебного платка отправила перо к себе домой, где оно должно было дожидаться ее возвращения спрятанным на антресоли.

После этого Катя с Лехой еще какое-то время обсуждали, как именно она на этот раз задумала попасть в логово худа. Леха хмурился, слушая рискованный план, но лучшей идеи у него не было.

Он попросил счет, как только почувствовал, что руки уже в порядке, и принялся быстро вытирать остатки мази салфетками.

А Катя начала собираться.

Когда оба были полностью готовы уходить, она попросила:

— Отвернись на секунду.

— Что? — не понял Леха.

— Мне надо снять диковинку одну, а то с ней худ меня в логово так и не утащит, — объяснила Катя.

Леха отвернулся, снова разглядывая уже очень хорошо знакомую гирлянду.

Катя влезла рукой к себе под свитер и одним быстрым движением развязала красный пояс.

Вытащила его и, даже не тратя времени, чтобы аккуратно свернуть, тоже отправила домой взмахом платка, совсем как до этого перо.

Затем решительно поднялась и, застегивая пуговицы на дубленке, сказала:

— Все, идем.

Леха подхватил палицу, которую теперь снова мог нести без проблем, и они двинулись к выходу. Палица, больше ничем не замаскированная, конечно, принесла им несколько любопытных взглядов. Но не так много, как могла бы в другое время. Сейчас все думали, что это какой-то причудливый новогодний подарок.

Глава 20

Когда они с Лехой вышли из торгового центра в декабрьские сумерки, Катю сразу начала бить крупная дрожь, но не от холода, а от страха. Она полгода не снимала красный пояс ни на секунду и то время от времени дергалась — на месте ли он, не выветрилось ли вдруг его волшебство? А теперь сама, собственными руками, развязала и добровольно отослала прочь. Отказалась от самой надежной своей защиты.