Конфидент

Кира посмотрела на неё рассеянно, всё ещё думая о своём, а Матильда углядела в траве и подняла, рачительно отряхивая проржавевшую табличку, свалившуюся с креста. Уставилась на неё, а потом молча передала Кире. Дарина Климентьевна Ивлева – проступили чёткие слова. Далее шли даты рождения и смерти, но Кира не успела сосредоточиться на них. Вспомнила старушку, встреченную в улице. Совпадение? Верилось с трудом. Не бывает в реальной жизни таких совпадений, да и в вымышленной – тоже.

Глава 8 Деманд

В себя приходил частями, и, когда открыл глаза, фрагменты бытия явно не все ещё собрались вместе.

Деманд смутно сознавал, что находится в комнате, поначалу решил, что это его келья в школе, но почти сразу вспомнил, что оттуда выставили. Промелькнула неясно в воображении прогулка вдоль реки, стирка и попытка искупаться, завершившаяся так печально. Штаны!

Он лихорадочно стиснул пальцы, ничего в горсти не ощутил, пошарил ладонями по ляжкам в поисках главного достояния, но не нащупал примет знакомой грубоватой, но смягчившейся от долгого употребления ткани.

Получается, лежал под одеялом совершенно без всего.

Философские построения мигом улетучиваются из головы, когда остаёшься с голым задом в неизвестных обстоятельствах, потому Деманд постарался понять, куда занесла река, и почему здесь в целом оказалось совсем неплохо. Комната выглядела уютной, сколько он мог рассмотреть её со своего ложа. Потолок и стены крыты жидкой охрой, в балку вделаны крюки для разных разностей, на стенах картинки.

Деманд не слишком уверенно разбирался в живописи, в школе развешенные кое-где полотна разглядывал праздно, правда, ректор однажды потрудился остановиться рядом и преподать мимоходом несколько истин, но знатоком ведь это студента не сделало. Здесь кто-то жизнерадостный намалевал на бумаге цветы, фрукты, кривоватые лица и украсил этим дом. Выглядело приятно.

У окна Деманд рассмотрел стол, в углу – поставец, а попытка приподняться, чтобы исследовать прочее содержимое комнаты, закончилась приступом изрядного головокружения.

Обливаясь холодным потом и судорожно пытаясь сдержать тошноту, он лёг обратно. Кажется, башка пострадала больше, чем полагал вначале.

Где оказался, так и не понял. Попробовал представить путь реки аж до самых равнин, но карту помнил недостаточно хорошо. Дорога из знакомого города шла не вдоль воды, а отклонялась в сторону, и на гладкие земли два эти пути выбирались довольно далеко друг от друга.