Люди-Города

Наконец, придя в себя, Всеслав вдруг вспыхнул, выпалил: – Дзякуй, татка!! – да, чмокнув отца в руку, тотчас дал деру – спешил похвалиться подарком перед сябрами.

Мать, наблюдая эту картину, рассердилась, но не успела ухватить вертлявого отпрыска за воротник. Тогда она повернулась к мужу.

- Ты сдурел, стары: давать нож дитёнку!

- Он не заточен.

- И что? Ты же знаешь мальчишек, не ровен час вока себе выколет!

- Не выколет, – желая успокоить супругу, князь положил ладони на ее плечи. В его глазах прыгали лукавые огоньки, прямо как в отчаянной юности, когда он делился с подругой планами по захвату соседей – на него такого было просто невозможно долго сердиться.

– А выколет – значит, так тому и быть. Я в его годы и не такое творил, дорогая.

- Как вы, хлопцы, вообще выживаете? – озвучила пани Любча свой безответный вопрос да, вяло высвободившись из чужих рук, медленно пошла к дому. Новогрудок последовал с нею, мысленно радуясь, что он снова, как прежде, может погрузиться в простые будничные заботы и оставить донельзя надоевшие – государственные.

Но он ошибался. Пани в своей глуши, оказывается, держала руку на пульсе, будучи в курсе всех последних новостей, обсудить которые желала искренне и немедленно. Тем более, что ее, законную супругу первого державного града, все это касалось непосредственно.

- Как она тебе? – тон пани Любчи был равнодушным, но в нем слышалась натянутость.

- Да никак – девчонка как девчонка, – Новогрудок пожал плечами. Уточнять, о ком идет речь, было лишним: мысли обоих поселений сами собой возвращались на берег Вилии, где с необычной быстротой рос и развивался молодой город.

В памяти Новогрудка снова возник образ его воплощения – чересчур серьезной девушки с длинными светло-русыми волосами. Курносый нос, ровные черты, тонкие бескровные губы, стан такой тонкий, хрупенький, что кажется, любой порыв ветра его сломает, но при этом некая внутренняя сила, как огонь языческих капищ, дремлет в этом юном создании, горячо желая вырваться на свободу.

.. Вильня была способной ученицей, схватывала знания на лету. Ее умение видеть истину, ее хладнокровие и поистине мужское мышление быстро разрушили предубеждение Новогрудка о том, что передавать должность девушке – дело бесполезное. Наоборот, князь Гедимин не ошибся в ней, когда поручил перенести столицу ВКЛ на надежные земли прежнего Кривгорода – древнего поселенья кривичей, которое благодаря повеленью князя стремительно выросло.