Эксперимент 19-W

— Твоя шлюха. Где?! — врач рывком открыл дверцы закрытого шкафа с документацией, потом обиталище выходной и верхней одежды, парадной формы ректора.

— Уймись, Грег! — Джонатан вышел из-за стола и жестко отодрал визитера от казенного имущества.

— Уняться?! — Уолт обернулся и оттолкнул руку Локвуда с плеча. — Я уймусь, когда ты прекратишь это!

Ректору не нужно было объяснять, что именно.

— Моя личная жизнь тебя не касается.

— Еще как...

— Мне хватит, — с нажимом перебил Джонатан, резко повышая голос, — и Милы, которая закатывает мне сцены каждый вечер.

Если нечего делать ночами, займись работой.

— О да, — с презрением оскалился Уолт. — Мне нечего делать ночами. Ни жены, ни любовницы...

— Я в этом не виноват!

— Допустим, — Уолт повел головой, как делают люди, когда нехотя признают внятность довода оппонента. — Но, во-первых, Мила действительно не заслужила такого отношения!

Джонатан поглядел вправо-влево, словно удостоверяясь, что кабинет остался цел, и вернулся к креслу. Прежде чем сесть, он застыл на мгновение стоя, проворчал:

— Невероятно! Сколько людей сегодня переживают за мой брак больше, чем я сам, — и плюхнулся на зад.

— Мила...

— ... моя жена, — твердо пресек ректор. — Тебе не кажется, что ты беспокоишься о бывшей сокурснице гораздо сильнее, чем велят приличия?

Уолт скрипнул зубами:

— Это ты будешь говорить мне о приличиях?

— Не смей читать мне мораль, Грег, — предостерег Джонатан.

— Тогда как насчет Устава академии? — поинтересовался врач. Джонатан не выказал особого интереса, и Уолт постарался хоть немного взять себя в руки.

— Слушай, Джон. Это не первая твоя связь на стороне, мы оба знаем. Но этот случай особенный, — произнес Уолт, и в его голосе слышались просящие интонации человека, которому небезразлична судьба если не друга, то хотя бы старого приятеля.

«Ты даже не представляешь, насколько».

— Не мне тебе говорить, что через три недели здесь будут ребята из столицы с проверкой за первый учебный квартал. И что мы будем делать, когда откроется, что она на кафедре госстов только по твоей милости? — Врач подчеркнул последнее слово двусмысленностью.

Уолт говорил разумные вещи, и игнорировать его было сложно. Джонатан сам сотню раз задавал себе этот вопрос. А знают ли проверяющие из столицы о приказе насчет Ли, если он держится в секрете? Не будет ли у него проблем?

— Не думай, об этом, Грег. Тебя это не коснется, — постарался успокоить коллегу и товарища Локвуд.

— Не коснется? — усмехнулся Уолт. Он не верил своим ушам.