Пряные дни

Сама она села на кровать, повернувшись к нему спиной, и стянула с себя рубашку. В груди у журналиста засосало уже знакомое ощущение, все то же страстное желание прикоснуться к ее шелковистой коже, привлечь Оксану к себе и стиснуть в объятиях. Похоже, что никакие перипетии не могли заглушить это влечение, снова пробившееся наружу, словно какой-то неистребимый сорняк. Чертовски привлекательный сорняк.

Чтобы заглушить в себе этот первобытный зов, Евгений решил сосредоточиться на работе. Он смочил в воде уголок полотенца и протер рану, окруженную потеками запекшейся крови.

И, хотя он предполагал, что может увидеть нечто необычное, был несказанно удивлен, обнаружив, что она уже успела зарубцеваться. Если бы он собственноручно не накладывал эти стежки, ни за что бы не поверил, что это случилось менее суток назад.

– С ума сойти! – вырвалось у него. – Уже зажила! Как такое возможно?!

– Я же не совсем человек, – напомнила Оксана.

– У вас все так быстро излечивается?

– Все немного иначе. Тело восстанавливается при каждом перекидывании, как будто заново вспоминает свой прежний, исправный облик.

Если не меняться, то раны заживают точно так же медленно, как и у обычных людей… Ай!

– Извините, – Евгений стряхнул с пинцета кусок темной от крови нитки, – но по-другому никак, придется потерпеть.

– Ничего, я в порядке, продолжай.

Было не совсем понятно, что именно девушка имела в виду: операцию или его расспросы, а потому Евгений решил продолжить и то и другое.

– А каково оно, вообще, быть оборотнем? Что вы чувствуете, когда… перекидываетесь? На что это похоже?

– Глупый вопрос.

Вот ты, Жень, смог бы объяснить слепому от рождения человеку, как выглядит красный цвет?

– Хм, сомневаюсь. Неужели нельзя провести хоть каких-то аналогий?

– Абсолютно. Ай!

– И вы никогда не пытались разобраться, что именно с вами не так? – Евгений старался не обращать внимания на недовольное шипение Оксаны. Другого пути все равно не оставалось. – В чем причина ваших неординарных способностей? Это болезнь, мутация или что-то еще?

– Не пытались?! Да среди моих родственников пять кандидатов и три доктора наук по биологии! – Оксана с трудом сдержалась, чтобы не сопроводить свои слова размашистым жестом.

Пациенту, лежащему на операционном столе, размахивать руками все же не следует. – Над этим вопросом ломали головы несколько поколений наших лучших умов, но все впустую. Это не вирусное заболевание, не генетическая мутация, это – проклятие.