Пряные дни

Основная задача состояла в том, чтобы заблокировать главные силы охотников, и эта часть плана блестяще удалась. Настало время переходить к следующему этапу.

Парень перебежал на противоположную сторону крыши и, набрав в грудь побольше воздуха, шагнул на обшарпанные трубы, переброшенные на соседний корпус. Главное – не смотреть вниз, и все получится. Не то, чтобы Николай так уж боялся высоты, тем более что вчера во время тренировок он уже проходил здесь и не раз. Просто сейчас его воображение слишком уж живо рисовало ему, что сделают кишащие внизу собаки с его телом, ежели он ненароком упадет.

Но, к счастью, он не свалился и благополучно перебрался на другую крышу. Быстро сориентировавшись, Николай поправил сумку на плече и побежал к следующему аналогичному «мосту». Система проложенных по верхам трубопроводов позволяла перемещаться по всему заводу, не касаясь земли и оставаясь незамеченным. Оставалось надеяться, что никому не придет в голову задрать морду к небу.

Иначе его обнаружат, и весь их с матерью замысел полетит к чертям.

Инанна, ошеломленная и растерянная, неподвижно стояла посреди захламленной улицы и широко распахнутыми глазами наблюдала, как в дальнем конце переулка бушует неистовый животный шторм. Двое ее телохранителей переминались с лапы на лапу, то и дело бросая на свою начальницу вопросительные взгляды. Она понимала, что обязана предпринять хоть что-нибудь, поскольку сама взялась руководить Облавой, но внезапно вышедшие из-под контроля события совершенно выбили ее из колеи и полностью дезориентировали.

Инанна совершенно перестала что-либо соображать и чувствовала себя абсолютно беспомощной. Ее пасть время от времени приоткрывалась и снова захлопывалась, как будто она собиралась что-то сказать, но забывала, что именно. Больше всего на свете ей хотелось развернуться и дать деру, но она продолжала просто стоять, и задать стрекача ей не позволяла отнюдь не совесть, а начисто отказавшиеся повиноваться ноги. Впервые в жизни ей было по-настоящему страшно.

Отголоски яростной собачьей свалки метались по всему заводу. Визг и лай раздавались то с одной стороны, то с другой, и вскоре Инанна окончательно перестала понимать, что происходит, кто где и с кем дерется. Больше всего она опасалась, что рано или поздно кто-нибудь может случайно наткнуться на их троицу. От мысли, во что такая встреча может в итоге вылиться, ей становилось дурно.