Пряные дни

– Бороться и искать, найти и перепрятать, – пробормотал он и тяжело заковылял к ближайшей подворотне. – Сейчас, бабуля, найдем местечко поукромнее и переждем немного.

До закутка, где ожидали машины, долетали лишь отголоски сражения, бушевавшего на территории завода, но, тем не менее, факт того, что дела пошли совсем не так, как предполагалось, с каждой минутой выглядел все более очевидным. Подобного развития событий никто не предполагал, и водители не получали никаких указаний на сей случай. Если бы кто-то из Стаи получил ранение, остальные непременно вытащили бы его из драки и доставили сюда, но время шло, шум, лай и визг все не стихали, а никто так и не появлялся.

У тех оборотней, что отправились за Оксаной и Николаем, при себе имелись две радио гарнитуры, и они должны были дать о себе знать, случись что серьезное, но оставленные в машинах рации продолжали упрямо молчать, что плодило в головах самые мрачные предположения. Неведение во сто крат мучительней любой открытой опасности, а потому водители уже начинали нервничать, и в их встревожено обшаривающих окрестности взглядах сквозил страх.

Посреди заросших сорняками захламленных развалин Максим изначально чувствовал себя не в своей тарелке. Хорошая машина, дорогой костюм и новенькие ботинки, больше приспособленные для лакированного паркета и мягких ковровых дорожек, нежели для обломков штукатурки и битого кирпича, совершенно не вписывались в окружающую действительность. Когда он соглашался принять участие в Облаве, он и не думал, что придется лезть в такую грязь.

Она представлялась ему неким вполне цивилизованным мероприятием, когда в предрассветных сумерках машины подъезжают к дому жертвы, высыпавшие из них охотники быстро и бесшумно окружают здание, двое-трое из них заходят внутрь, и через пару минут все кончено. Максим не был готов к тому, что Облава может оказаться столь неприглядной, грязной и неожиданно небезопасной конкретно для него.

Он забрался на водительское сидение своего «Мерседеса» и наглухо закрыл все окна.

Отгородившись, таким образом, от шума собачьей свалки, он почувствовал себя немного лучше. Уют дорогого кожаного салона создавал иллюзию безопасности и покоя. Он бросил рацию на соседнее сиденье и потянулся к консоли, чтобы включить музыку, но неожиданно краем глаза заметил в зеркале заднего вида какое-то движение. Максим вскинул голову, всматриваясь в отражение, и остолбенел.