Сияй, Бореалис! Лоскутки

Кита поспешил смотаться, не желая столкнуться с ней лоб в лоб. Смешно было оттого, что приходилось прятаться от девчонки. Это ощущение отменно щекотало нервы, а парню будто только это и нужно было: преследовать и провоцировать у себя искусственное беспокойство. По асфальту затанцевали дождинки, поднимая в воздух прохладные запах дождя. Кита свернул куда-то и помчался тенью по старой дороге, на которую тотчас обрушился ливень. На примете выросла заброшенная остановка, и парень юркнул туда весь мокрый. Кита вжался в уголок перегородки.

Нервы напряженно всколыхнулись, когда поблизости раздались хлюпающие по лужам шажки. Под навес скользнула тень. Парень неподвижно замер, прильнув к ржавой стенке.

Лирет не увидела его: она встала по ту сторону перегородки и точно также прильнула к ней спиной. Мысленно перебирая в голове всех чертей, Кита взмолился судьбе, чтобы девушке не взбрело обойти эту перегородку из любопытства. Кажется, она была сейчас озабочена другими мыслями. С такой чувствительной праной парень явственно ощущал чужое дыхание и слышал волнительный клокот сердца.

Желудок предательски заворчал. Парень схватился за живот.

Она стояла прямо позади, и Кита своей спиной будто чувствовал её спину прямо сквозь заслон. Подумалось вдруг, а когда они ещё будут настолько близки, как сейчас? Когда ещё он сможет так явственно ощутить её тепло рядом, при этом не напугав? Он с болью грезил этим желанием прикоснуться, не причинив боли. Эта мысль текла порой сладкими струйками яда по больному Лисом сознанию.

Девушка ускользнула первая, когда ночное небо проглотило все тучи, а раскиданные дождём ручейки медленно смолкали внизу склона. Кита выждал время, теряя ощущение тепла, затем высунулся на сырой холод и побрёл если не следом, то в ту же сторону. До рассвета он бродил по грязным размытым тропкам приморского леса, где-то неподалёку точно так же бродила и Лирет, с футляром за спиной и вся промокшая. Парень вышел из ускользающих ночных теней на городскую дорогу.

Рассветало, на зеленеющих улицах зашевелились трамваи, люди и автомобили.

По дороге Кита сонно пересчитал мелочь из кармана: ровно на один большой горячий чебурек и на трамвайный билет. В кафешке держался привычный тёплый аромат фастфуда и кофе, рыбка-фея быстро приняла заказ. Проглотив свежий завтрак, парень поплёлся на остановку, шмыгая носом и пытаясь закурить отсыревшую мятую сигарету. Навстречу приполз трамвай. Кита уселся в самый конец пустующего вагона и смежил веки под стуки колёс.