Сияй, Бореалис! Лоскутки

– Вообще из-за нестабильности праны с ним рядом лучше не находиться долго, да и мне как-то неловко скидывать свои проблемы. В конце концов, я сам его взял к себе.

– Да бросьте, – улыбнулась Сарена. – Нам несложно.

– Вообще мне почему-то кажется, что ему нравится музыка, – вполголоса добавил Герт. – Он иногда сидит у окна и внимательно слушает, как играет ваша дочь.

– Это ведь замечательно, – расцвела та.

– Но из Киты даже слова не вытянешь, так что я вообще не знаю, что у него на уме.

– Он к вам ещё не привык.

Наберитесь терпения, и мальчик обязательно откроется вам.

Женщина поправила выбившуюся из хвоста каштановую прядку, поджав губы. Тонкие пальцы сжимали бумажный пакет.

– И вообще, – гостья скользнула взглядом по прихожей, в тени лестницы что-то мелькнуло, – я бы хотела поговорить с Китой.

– Кита, выходи уже, – укоризненно вздохнул Герт. – Давно там стоит, прохиндей ушастый. Выходи-выходи, я, что ли, за тебя оправдываться буду? Останешься без чебуреков, – буркнул он.

Ноги сами зашевелились, и Кита, шагнув из тени, нехотя поплелся в коридор.

На него смотрела пара янтарных глаз, прямо как у Лирет. Строгий взгляд, но с тёплой искоркой. У мальчика это вызвало какое-то забытое чувство, настолько давнее и саднящее, что отчего-то хватила тоска. Кита не смог долго смотреть в чужие глаза, и стыдливо вперил взгляд в половичок.

– Кита, – мягко обратилась к нему женщина и хотела коснуться.

– Осторожно, – перебил её Герт. – Не трогайте его – режет всех подряд. Я уже и не знаю, что с ним делать.

У него прана, как у взрослого человека, ребёнок такое не может контролировать. Какой-то редкий случай, я сам даже толком не могу разобраться. Может, подрастет и тогда… ну… Вообще пёс его знает.

– Секундочку, – ладонь женщины обволокло золотистой пеленой праны. – Ничего страшного не произойдёт.

Тонкая едва видимая пелена растеклась по всему её телу.

Кита отстранился, съежившись. Ему хотелось броситься прочь и запереться в комнате, но тёплое прикосновение настигло его раньше. Рука чуть растрепала отросшие белые волосы.

Мальчик обомлел, не в силах шелохнуться, и часто заморгал, всё так же разглядывая протертые дырки на половичке. Он испугался, что нити его праны нечаянно заденут ладонь, от которой пахло ванилью.

– Интересно, – вполголоса удивился Герт. – У вас барьерная магическая ветка?

– Одна из направленностей, а так у меня целительное направление. Видите, полоски появляются и исчезают? Это порезы поверх магической защиты, они не касаются кожи.