Распыление. Дело о Бабе-яге

С грохотом взмахивают огромные, похожие на лебединые, крылья, в лицо плещет конская грива, а спиной я чувствую горячую Ванькину грудь…

По жизни я всё время сталкиваюсь с волшебством, или, как говорят у нас в агентстве, с маганомалиями. Но обычно я нахожусь… Как бы это сказать? По другую сторону. Обычно я охочусь на Запыленных и уничтожаю плоды их жизнедеятельности.

И никогда, даже во сне, я не предполагала, что магия может быть такой. Прекрасной. Удивительной. Заставляющей сердце петь. И, уж конечно, не догадывалась, что на такое волшебство способен этот увалень, дубина стоеросовая…

Пегас делает круг над заводом – снизу поднимаются серые клубы дыма – и летит к лесу.

Я, раскинув руки, мечтательно гляжу вперед, на далекий, загибающийся чашей, горизонт.

Глава 17

Глава 17

Иван

В какой‑то момент, сквозь пьяный угар, я сообразил, что не стоит заявляться в город верхом на Пегасе – народ и так устал от магии. Это нас и спасло…

Когда мы добрались до гостиницы обычным пехом, Гарцующий Пони пылал.

Крыша уже провалилась, из верхних окон вырывалось пламя. Мрачные пожарники в закопченных касках разворачивали брезентовый шланг. Одна цистерна опустела, и её на телеге откатили в сторону. Но было понятно, что никакая вода здесь не поможет. Бывают такие пожары, когда загорается всё и сразу, и потушить просто невозможно, пока есть, чему гореть…

Пожарники это понимали наверное, даже лучше, чем я: они поливали не гостиницу, а дома, стоящие вокруг.

Первой мыслью было применить заклятье холода.

Просто высыпать на огонь тонну снега. Я даже поднял руки, но Маша схватила меня за рубаху.

– Даже не думай! Лучше пойдем отсюда, да поскорее.

– Ты что, с ума сошла? Там же люди! – я пытался вырваться, но она, как собачонка, повисла на локте.

– Никого там уже нет. Совсем никого… Понимаешь?

– Ну… Хотя бы огонь потушить?

– Не надо, сами потушат. Лучше пойдем, – она потащила меня в переулок. Я, ничего не понимая, подчинился.

– Да в чем дело‑то? – хмель слетел, оставив горькое чувство вины пополам с головной болью.

– Народ говорит, гостиницу поджег маг, – мрачно ответила Маша.

– Какой маг? Кто там мог оказаться, кроме Лумумбы? – и наконец‑то до меня дошло.

– О господи! Не может этого быть. С чего ты взяла?

– Послушала, о чем люди говорят.

– Мало ли что говорят? Чтобы учитель в здравом уме…

– Говорят, он сошел с ума.