Распыление. Дело о Бабе-яге

– А кто нас в тюрьму кинул, как преступников?

– Может, это для нашей же безопасности. Чтоб толпу не раздражать.

– Ты сама в это не веришь.

– Он Бабуле всегда помогал! Штык не может оказаться плохим…

– Ты и про Мадам Елену так говорила.

– И что?

– Ты не слышала? Когда нас били, народ прямым текстом говорил, что это она наводку дала.

Маша сникла. Виновато посмотрела на меня и отвернулась. Я притянул её к себе и обнял.

– Пока ты спал, в участок Ростопчий приходил, – буркнула она мне в плечо.

– Про Лумумбу ничего не говорили? – перебил я. Она молчала.

– Маш?

– Ростопчий клялся, что видел его мертвым.

Голова начала болеть сильнее. В висках запульсировало, по телу разлился холод.

– Этого не может быть.

– Когда умирает сильный маг… – сказала она тихо, – Колдовство рассеивается не сразу. Бывает, проходит несколько дней. Я видела. Я знаю.

Рванув ворот, я попытался нашарить крестик. И не смог. Стащил рубаху, обсмотрел всё своё туловище… Пошарил в карманах, даже трусы обхлопал! А потом слепо уставился в стену. Маша вложила свою ладошку в мою руку.

– Прости. Мне очень жаль.

В носу защипало, дыхание перехватило.

Лумумба. Мой друг, наставник, мамка и нянька… Он был уверен, что безвыходных ситуаций не бывает.

– Знаешь такую поговорку: когда бог закрывает дверь, он открывает окно, – спросил как‑то учитель.

– Ну…

– Гвозди гну. Нафига, скажи на милость, нужно это окно? Свежего воздуха перед смертью глотнуть? Боги буша поступают гораздо разумнее: они не открывают никаких окон. Зато дают топор, чтобы ты сам вырубил новую дверь…

Попытавшись вскочить, я вновь жестко ткнулся в потолок макушкой. Боль отрезвила и придала сил.

– Ты чего? – спросила Маша.

– Я не собираюсь здесь сидеть и покорно ожидать какой‑то там казни. Я оперативник.

Маша красноречиво кивнула на железную дверь.

– И куда ты, с подводной лодки, денешься? Без Пыльцы на крылатом коне ускакать не выйдет.

Я оглядел камеру: окошко, нары, стены. Всё.

– Кричи, – приказал я. – Изо всех сил кричи. – Маша несколько раз удивленно моргнула.

– Ты что, окончательно с катушек съехал?

– Наоборот, пришел в себя. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Так что будем спасаться.