Черная вдова

Делоре попыталась расслышать, о чем он думает, но его мысли оказались слишком хаотичными и обрывочными, чтобы разобраться в них. Все, что она поняла: он спорит. Приводит аргументы и сам же разбивает их в пыль. Его сомнения, должно быть, ощущались как боль.

Делоре смотрела на него и знала, что и он смотрит на нее – выжидающе, вопрошающе, отчаянно. «Останови меня, – мысленно попросила она. – Только ты и можешь остановить. Если ты этого не сделаешь, это будет все, конец. Тебе же будет так жаль…»

Она свернулась клубочком на дне глубокой ямы ожидания.

Одну минуту… только минуту… минута прошла. Торикинец молчал и не двигался с места.

Она была слишком усталой, чтобы сожалеть или злиться. Поэтому просто опустила окно и сказала:

– Пока, – а затем надавила на газ. Вот молодец, вежливая девочка. «Прощай» было бы уместнее, но это слово вызывало у нее отвращение. Не только сейчас. Всегда.

Торикинец остался позади, провожать ее взглядом; исчез из поля зрения, пропал из ее мира.

И сразу стало так одиноко. Пусто и гулко, как в доме после того, как его жильцы съехали, оставив строение под снос.

А городок очень мил в свете фонарей. Тесноватый, но симпатичный. Такие вот провинциальные ровеннские городишки всегда тесноваты (или это Делоре так кажется после гигантизма Льеда?), но зато в них очень чисто. До того чисто, что любая грязь, устыдившись себя, устремляется прочь. Вот и Делоре устремилась… Но и в Роане она не нашла покоя, жила как в изгнании.

Вроде и не хотелось вернуться, но постоянно чего-то не хватало. Да и Ноэл в последние годы больше походил на безразличного наблюдателя, чем на спутника жизни.

(Ты уже совсем его не любишь… после некоторого количества совершенных по отношению к человеку мерзостей привязанность к нему блекнет, а уж после того, что ты сделала, Делоре, ты должна вспоминать о нем с отвращением и неприязнью – потому что он вечное напоминание о том, какая же ты дрянь.

)

Не надо Ноэла. И снова пусто; и почти не страшно. Делоре осознала, что уже добралась до выезда из города. Окно все еще открыто, наверное, холодно, но она этого не чувствует, так что без разницы, разве что пальцы неприятно онемели.

Развилка впереди. А вот что жизнь оставила ей хоть какие-то варианты, Делоре не была уверена. Она потеряла дочь, дом, ее физическое состояние ужасно и продолжает ухудшаться, разум едва теплится.