Чушь собачья

Глава 4. ПЁС УЧЁНЫЙ

В конце рабочего дня, приняв душ и переодевшись, Ратмир по обыкновению заглянул в приёмную проститься с начальством по-человечески, но был задержан.

— Зайди, пожалуйста, — покряхтывая и пряча глаза, сказал директор. — Разговор есть…

— Надолго?

— М-м… Пожалуй, да.

У секретарши разочарованно вытянулось личико. Было ясно, что интимному замыслу, возникшему в «Собачьей радости», если и дано осуществиться, то никак не сегодня. Ратмир повернулся к Ляле — и виновато развёл кистями натруженных рук.

Конечно, он имел полное право послать Рогдая к чертям собачьим, поскольку часы показывали уже пять минут седьмого, однако, помимо служебных обязанностей, существует ещё и элементарная вежливость.

Пришлось войти.

Вот уже третий год Ратмир служил в фирме «Киник» — и тем не менее каждый раз испытывал лёгкое потрясение, обнаружив в конце рабочего дня, что ростом хозяин на пару сантиметров ниже его самого, что не такой уж он большой — скорее располневший, да и всемогущество этого удивительного человека съёживалось до вполне обозримых и довольно скромных размеров.

Потрясение неизменно отзывалось острым разочарованием, что в свою очередь вело к некоторой сухости отношений между сотрудником и работодателем.

— Присаживайся… — со вздохом молвил Рогдай Сергеевич.

Ратмир присел и тут же, невольно поморщившись, взялся за ушибленный бок, которым он пару часов назад вмазался с маху в захлопнутую теневиками дверь. Хорошо ещё развернуться на лету успел!

— Газетку-то — покажи… — сказал директор, воссевши напротив.

Ратмир достал и подал ему всё тот же повреждённый номер «суслика». Глава фирмы водрузил на кончик носа очки в тонкой платиновой оправе и углубился в интервью. Лицо его, поначалу скорбное, вскоре смягчилось, подобрело.

— Славно, славно… — пробормотал он. Потом взглянул на Ратмира поверх линз. — Коньячку не желаешь?

— Нет, спасибо…

Директор уважительно кивнул и не стал настаивать. Дочитав, сложил газету, потрогал сквозные дырки.

— Следы клыков, однако… — глубокомысленно заметил он.

— Интересно: чьих? Для терьера челюсти слишком широки, для мастиффа узки… — Снял очки и выжидающе посмотрел на Ратмира.

Тот молчал.

— М-да… — сказал наконец директор, возвращая газету. — Интервью с самим собою — и то не пощадил. А ведь знал, наверно, что не просто бумажка…

— Служба, Рогдай Сергеевич… — напомнил Ратмир.

— Служба… — опечалившись, повторил тот. Усмехнулся, крутнул головой. — Знаешь, Ратмир… — сообщил он как бы по секрету.