Дамианова бездна

— Получается, только стрелковое и прятаться за щитовиком? — спросил один из штурмовиков.

— Задница какая-то, — сказал гранатомётчик.

— Как обычно, короче, — буркнул щитовик.

— Да выплывем, — приободрил всех Евсеев. — Больше исцелина выпьем, чем обычно, вот и вся разница.

Дав подчинённым время обсудить хоть и непростую, но всё же терпимую ситуацию, Баребяка прокашлялся и объявил:

— А теперь, когда задача в общих чертах ясна, давайте распределим роли, определим взаимодействие и всё отработаем — сейчас на модели, завтра на полигоне.

Стулья в круг, господа офицеры. Пора приниматься за работу…

Четыре дня спустя, промышленный комплекс:

Операция шла гладко ровно до того момента, как завязался бой. Предполагалось, что всё закончится за пару минут. На стороне спецназа выступали внезапность, превосходная воинская выучка и отработанная до автоматизма слаженность действий, а так же самая современная экипировка — убойное оружие, крепкая броня и армейский исцелин, залитый в заплечные гидраторы.

Стальным катком суждено им было прокатиться по этажу, размазывая противника по стенам… Но вот как-то не срослось.

Укрывшийся от шквала пуль за хлипкой станиной импортного станка, Гордей сделал для себя три вывода. Во-первых, боевики тоже были на армейском исцелине, а значит, теперь их в разы труднее убить. Во-вторых, они кидали в спецназ гранаты, ничуть не заботясь о последствиях. В-третьих, они были вооружены передовым армейским оружием. Евсеев чувствовал, как вражеские пули пробивали его бронежилет высшего класса защиты и углублялись в тело.

К бабке не ходи — террористы стреляли бронебойными пулями 7Н39 с карбид-вольфрамовым сердечником. Чтобы получить такой боеприпас, даже спецназу приходилось клянчить месяцами…

«Полный бардак — всё распродали», прорычал майор, морщась от боли. Исцелин, выданный ему матушкой, делал своё дело, и застрявшие во внутренностях сердечники разворачивались, чтобы по пулевым каналам покинуть тело. Ощущение было не из приятных…

Стало очевидно, что атака захлебнулась.

Бойцы попрятались за щиты или же залегли вдоль стен, ведя огонь сквозь перегородки по укрывшимся боевикам, но наличие у террористов исцелина сводило пользу от такой стрельбы к нулю. Чтобы убить человека на армейском исцелине нужно разом насовать в него столько пуль, что препарат не успеет залечить все раны… Или же ждать, пока противник «высохнет», допив последние капли зелья.

Гордей нутром почувствовал, что у них просто нет времени ждать.