Череп для леопарда

Наверное, имел место какой-то скандал, раз старшее поколение предпочитало совсем о нем забыть.

- Он сильно переменился после возвращения, - как ни в чем не бывало, продолжала леди Макинтайр. – Уезжал один человек, вернулся другой. Мрачный затворник… Заперся в своем доме и перестал появляться в обществе. Почти ни с кем не общался.

- Сэр Этвуд оставил нам свою коллекцию, - сказал Гарольд.

- Вот как? Видимо, вы ему чем-то приглянулись.

- Я – его единственная племянница, - подала голос Модести. – Мне досталась не только коллекция, но и дом.

- Рада за вас. Думаю, вы сумеете распорядиться всем этим богатством?

- О да, миледи, - сказал Гарольд. – Сумеем.

Внизу опять хлопнула дверь. Лакей назвал еще одно имя, и супруги Конгрейв прошли в общую залу. За их спинами хозяйка дома приветствовала очередных гостей.

Гарольд казался спокойным, но стоило им отойти на пару шагов, как он так стиснул руку жены, что та охнула от боли.

- Никогда, - процедил он. – Слышите, сударыня, никогда не смейте открывать рта без моего ведома.

В его тоне было столько холода, но Модести испугалась и отпрянула, внезапно налетев спиной на что-то упругое. От неожиданности она вскрикнула, покачнувшись, и тут же почувствовала, как чья-то рука крепко сжала ее локоть.

- Миледи, - прозвучал над ухом негромкий голос.

- Мистер, - она обернулась, встретившись взглядом с желто-карими глазами. – Мистер Кук, сэр, я…

Рядом кашлянул Гарольд. Совсем негромко, но этого было достаточно, чтобы локоть Модести выпустили.

- Прошу извинения, - он отступил на шаг, коротко поклонился. – Но мне показалось, что ваша супруга…

- О моей супруге я, с вашего позволения, буду заботиться сам! – отрезал Гарольд.

- О да, сэр, - Роберт Кук отступил на шаг, обозначая преувеличенно-вежливый поклон. – Разумеется, сэр.

Модести почувствовала тоску. Суаре внезапно перестало казаться ей привлекательным. Если Гарольд здесь устроит скандал…Она торопливо пожала мужу руку:

- Умоляю, давай уедем поскорее!

- Что? – Гарольд посмотрел сверху вниз.

- Да… я… мне дурно. Мне очень дурно, - пролепетала Модести. – Я сейчас задохнусь.

- А я тебе говорил, что этот корсет слишком жесткий! Нет, мы хотим непременно влезть в это платье! Мы стараемся, втискиваемся, в результате не можем дышать и портим мужу вечер! Сами виноваты, сударыня. Нечего было гнаться за модой. Теперь извольте терпеть. Мы на суаре. Отсюда так быстро не уезжают.