Череп для леопарда

Леди Дженнингс повела дочь прочь, но Модести не торопилась уйти. Она шагнула в сторону. Что-то потянуло ее вперед.

- Мама, подведи меня…

- Куда?

Но молодая женщина уже сделала шаг.

Гроб, дрогнув на веревках, лег на дно ямы, и, пока один из могильщиков сворачивал их, другой взялся за лопату, чтобы бросить первый ком земли. Модести протиснулась вперед, вытягивая шею, чтобы заглянуть в яму. Она услышала предостерегающий возглас матери, но не остановилась. Ей почему-то крайне важно было бросить последний взгляд на…

Первый ком земли ударил на то самое место на крышке, куда она смотрела – на прибитый к ней вензель.

От неожиданности молодая женщина покачнулась. У нее внезапно потемнело в глазах. Ей миг – и она бы упала внутрь, но какой-то негромкий звук заставил ее встрепенуться и машинально вскинуть голову, прислушиваясь.

Незнакомец. Тот самый. Он стоял уже возле другого надгробия, за спинами ее двоюродного дяди и его сына. Чуть приподняв голову, так что стали видны его глаза – светло-карие со странной желтизной, как у хищного зверя.

Он не сделал ни одного движения, даже не моргнул, но Модести почувствовала, как ее словно отпихнуло от края могилы.

- Милая моя! – мать вцепилась в нее с неженской силой. – Тебе не хорошо?

- Я… не знаю, - пролепетала та, устремив взгляд за спины родственников. Незнакомец обернулся и шагнул прочь.

- У тебя закружилась голова. Идем, моя милая. Ты вся так побледнела… Обопрись на меня.

Ты, случайно, не чувствуешь в себе ничего… такого?

- О чем вы, маменька? – молодая женщина не сводила глаз с той самой спины. Он удалялся прочь, постепенно скрываясь за кустами.

- Ну… ты замужняя женщина. Вы с сэром Конгрейвом женаты уже год. Пора бы тебе исполнить свой долг.

- Какой долг?

- Подарить мужу наследника… Это, наконец-то, случится?

- Ах, нет! Мама, о чем ты! – Модести лишь на миг отвлеклась, бросив взгляд на мать, и этого было достаточно, чтобы таинственный незнакомец пропал из вида уже окончательно.

- Господи, как будто ты меня не понимаешь! Не оказалась ли ты в интересном положении, ожидая прибавления семейства?

О чем это она твердит? Модести задумалась, а когда до нее дошли материнские намеки, покраснела от смешанного чувства стыда и досады. Ребенок от Гарольда? Да, младенец мог бы смягчить сердце ее супруга, особенно если первым родится мальчик.