Сын льва

—Ох, патрон! Мы уже боялись, не случилось ли чего!

—Со мной?! — подчёркнуто вежливо осведомился я.

Все примолкли: комментировать такое было неприлично.

Вертолёт снизился над местом падения контейнера. То, что было там, внутри, уже выбралось наружу почти на четверть. Жаркое солнце и песок немного сдерживали его, но сделанного уже не воротишь; омерзительная масса, переливающаяся в солнечных лучах нездешними богохульными оттенками, уже выставила из себя наружу пару прикрытых тёмными стёклами буркал, жадно ощупывавших новые горизонты своих владений.

Точно гнусные язвы на разложившейся трупнине, поверх проклятой груды дряни поблескивала щедрая россыпь орденов.

—Вот он! — заорал Мишель.

Минуя лестницу, мой верный помощник первым выпрыгнул из вертолёта, больно ударившись сгибом крыла о проём десантного люка. За ним спрыгнула на плавящийся песок Габриэла. Пилоты, переставшие от напряжения вращаться, тотчас принялись отводить машину в сторону от грядущего побоища. Я едва успел спрыгнуть следом за молодыми помощниками, не желая оставаться в стороне от драки.

Впрочем, назвать начавшееся дракой можно было лишь при наличии некоторого воображения. Габриэла громко спела песню из трёх нот, вызвавших явление магнитного резонанса в фарфоровой крышке контейнера, и всё чудовищное содержимое проклятого ящика мгновенно вывалилось наружу. Его буркалы уставились на Габриэлу сквозь зачернённые стёкла отвратительных светозащитных очков, и в то же мгновение Мишель вонзил в то место, которое заменяло чудовищу затылок и задницу, острие позитронного копья. Страшная вспышка нездешнего света, пламя, прозрачный купол ударной волны, разносящий давлением скоростного напора тающие клочья твари из бездн, — и всё было кончено.

—Чуть не достал меня своей демагогией,— пожаловалась Габриэла.

На её руке и в самом деле расползалось и таяло гнусное пятно, похожее на расплавившийся парафин от дешёвой рождественской свечки.

Вертолёт опустился поодаль. Мы зарыли в землю ничтожные уцелевшие останки побоища и забрались обратно в винтокрылую машину, где я и рассказал помощникам историю «папаши Леона» и его крылатого сына.

Мишель и Габриэла выслушали эту историю с должным сочувствием, а пилоты почему-то хором расхохотались.

—Мы сможем помочь им улететь? — спросил я.

—Отчего бы и нет? Всё будет в порядке, патрон… Вот только как парень раздобудет себе человеческие документы?!

—В Африке? — Настала моя очередь удивляться. — За взятку чиновнику, родные мои. За самую обыкновенную взятку.