Изгнанники Данцига

Да будет тебе известно – да тебе и так должно быть известно – что мы подстроили попытку переворота в канун яум аль-миляд, масихийского рождества (во славу халифа нашего, аль-Амина, которому верны мы и не особо верны другие наши спецслужбы). Нужен был повод, чтобы казнить заговорщиков, каждый из которых имел по роду и заслугам больше прав на халифский престол, нежели повелитель наш аль-Амин, так что без казни оных он мог и не остаться халифом. Но сын одного из казнённых, бывшего главы Мухабарата, старой лисы Захн ад-Дина – Алим бен Афдаль – был кем-то спасён и спрятан.

А тот человек, на кого я вышел этим вечером, оказался из тех, кто переправил Алима за море.

– Тот человек поведал обо всём этом сам?

– Даже приняв меня за своего, он был весьма сдержан. Но я не зря владею искусством разговора, и мне хватило обрывков добытых фраз, чтобы сложить всю картину.

– Что ты предпринял потом?

– Напал на него и попытался допросить с применением пыток, а ими я также владею неплохо, но он умел обманывать боль.

Переправить его не казалось возможным, ведь в этом городе всюду шпионы, и я просто убил его, расчленив тело, как это делает один здешний убийца. Подумать только! Спасти от смерти самого праведного имама, чтобы потом в чужеземном городе, став безымянным, промышлять срамными частями из дерева. Зато я узнал, что заговор возглавляет сам каид Джафар, нынешний глава Мухабарата, и адмирал Асад бен Шамиль. И ещё – убитый мною должен был встретиться с кем-то из заговорщиков, кто знает, где скрывается их имам. Я уже послал трёх своих лучших людей к месту встречи, чтобы дождаться и схватить того человека. Тот человек…

– Не человек. Это фарра. – тихо сказала Ревекка. – А тот, кого ты убил, был моим другом и верно служил нашему делу.

Она сказала это быстро: так же быстро – со скоростью, недоступной человеку – она накинулась на Халеда Хосейни и похожим на клык кинжалом перерезала ему горло быстрее, чем тот успел предпринять хоть какие-то меры.

***

Мастер марионеток разводил голубей. В его тайном жилище на задворках Площади Арлекинов стояло множество клеток, в которых дожидались своего часа снежно-белые голуби. Он заказывал голубей из Гардарики – из далёкого Навиграда, где беспризорники вывели редкую породу этих умных и догадливых птиц; из Маргорода, знаменитого города мастеров на Северном океане, что славился своим биотехническим колдовством и был первой остановкой на пути из самого Аларида.