Рассказ третий. Старшина Тарасов против посланника.

Я тебя допрашиваю. Что ты тут делаешь, сколько вас и где остальные?

- А зачем мне кто-то еще?

- Ты гашенный что ли?

Старшине подумалось, что судя по внешности и странному поведению, это вполне может быть наркоман, который реально не одупляет, куда он забрел и что происходит. Только откуда этот франт здесь взялся? Торчки, что деревенские, что городские обычно выглядят менее презентабельно, а тут, скорее, мажорчик из столичного бомонда.

- Если да, то предупреждаю — у нас сейчас боевая тревога, так что лучше не шути.

- А ты забавный… Эта штука у тебя в руках. Ты мне ей угрожаешь?

- Бля, ты точно вставленный. Да. Угрожаю. И если попробуешь выкинуть какую-нибудь херню — сделаю в тебе дырку.

- Ты знаешь, кто я?

- Как любит говорить один мой знакомый: «Мама — судья, папа — прокурор, все братья — воры в законе.» Угадал, да?

- Нет.

Тарасов услышал свист, лицо обдало ветром и нарушитель, стоявший метрах в десяти, оказался с ним лицом к лицу, левой рукой перехватив кисть с пистолетом, а правой, без видимого усилия, подняв его за горло в воздух.

- Ты не угадал. И это будет стоить тебе жизни. Но, сперва, мы пойдем туда… - нарушитель кивнул в сторону овощехранилища, - И ты уговоришь его выйти.

- Зачем..? - прохрипел Тарасов, тщетно пытаясь освободится, - Ты же… Сказал… Что… Убьешь… Меня…

- Вопрос не в том, убью ли я тебя. Вопрос в том — убью ли я ТОЛЬКО тебя. У меня отличный слух. Я слышал, как ты говорил на крыше со своими солдатами… Ты хороший человек. Тебе не все равно, умрут они, или нет.

А я люблю хороших людей. Вас очень легко заставить делать то, что надо. Понимаешь?

- Слух… Говоришь… Отличный..? А зрение…

Старшина нащупал левой рукой рукоять по прежнему лежавшего за пазухой «Нагана». «Со своими солдатами»… Он говорил с одним. Второй спал. Так что есть вероятность, что эта тварь их слышала, но не видела. А, значит, не видела и как он игрался с «Наганом», не знает про него и выстрел в упор будет для неё неприятной неожиданностью. Вопрос в том — насколько? Хлопок задушенного глушителем выстрела был не таким тихим, как его себе обычно представляют.

Нарушитель, разжав пальцы, выпустил мешком осыпавшегося на землю Тарасова и удивленно уставился на дырку в груди из которой, вместо крови, сочились блестящие искры, сгорая в воздухе и превращаясь в мелкий черный, похожий на окалину пепел.

- Ты что наделал? - тварь подставила руку под эти искры и удивленно посмотрела на растущую кучку пепла в ладони, - Ты убил меня.