Ведьмы, карта, карабин

В баре оказалось неожиданно прохладно, я насторожился и даже высвободил кобуру из‑под рубахи, но тревога оказалась ложной. Дверь открытой нараспашку держал вызванный еще вчера столяр.

– Ну ты даешь, Игорь! – в шутку возмутился я. – Весь дом выстудил.

Игорь Вайсер за словом в карман не полез.

– В следующий раз надумаешь в стрельбе упражняться – дождись лета. Договорились?

– Договорились, – улыбнулся я, подошел поздороваться и спросил: – А чего ты без инструмента?

Столяр показал рулетку.

– Замеры сделал. Или хочешь сразу дверь поменять?

– Не хочу.

– Да и мебель обновить не мешает, – оглядел Вайсер столы собственной работы и закрыл дверь. – Ладно, шутки в сторону, – объявил он, приклеивая на место закрывавший пулевое отверстие лист. – Сегодня уже не успею, завтра к вечеру все будет.

– А что так? Заказов много?

– Хватает. Работаю здесь в пятиэтажках, вот и выкроил время заскочить, – пояснил столяр. – Устроят сроки – или сверхурочную работу оплатишь?

– Сроки устроят, только меня завтра не будет, по всем вопросам к Ивану обращайся.

– А ты что?

– В Северореченск по делам съездить надо, – спокойно соврал я в ответ.

– Надолго?

– Нет, задерживаться не буду. Надо успеть вернуться, пока дороги не развезло и проехать можно.

– Это да.

Только Вайсер распрощался со мной и отправился по делам, сразу зазвонил телефонный аппарат. Как оказалось, дозрели до завтрака соседи, и я попросил Ивана сделать им что‑нибудь на скорую руку.

Конкретных распоряжений давать не стал: у нас не ресторан, ассортимент продуктов ограничен. Что окажется под рукой, то и приготовит. Да и вкусы знает, через день да каждый день к нам заходят.

Себе я налил чай, под прилавок, где стояла бутыль самогона, даже не взглянул. И пива тоже наливать не стал. С алкоголем решил повременить, в том числе и ради чистоты эксперимента: после возвращения на обследование идти.

Опять же нервишки пошаливают, в таком состоянии лучше трезвость рассудка сохранять.

Александр Ермолов приехал во второй половине дня, когда обеденное время уже прошло и в баре оставались только присланные Гельманом охранники.

– Привет! Привет! – поздоровался со мной начальник пограничной службы, высокий и крепкий весельчак, и выставил на стол картонную коробку с пустыми бутылками. – Принимай тару, Слава.