Штрих в четвертом такте.

Чтобы рассказать об истинном положении дел в городе, и вместе подумать, как спасти последние очаги культуры от жадных лап чиновников.

К чести голландца надо сказать, что после этих слов он очень быстро протрезвел и сказал серьезным тоном:

- Я – весь внимание.

- Да тут не рассказывать, а показывать надо - вздохнул Юрка. - Вы же, кроме кабинета директора ничего и не видели. Давайте пройдемся вместе по залам. Сразу поймете, как «отцы города» относятся к культуре и искусству.

Ван Гарден кивнул, пристально вгляделся в лицо юноши и воскликнул:

- Простите, а вы тот самый музыкант, что так порадовал меня песней о далекой родине? Это было поистине великолепно! Я словно бы опять перенесся в родной Амстердам, услышал шум моря, увидел огни близкого порта.

Он крепко пожал Юрке руку и тихо добавил.

- Знаете, на этом банкете мне в какой-то миг начало казаться, будто меня окружают сплошные роботы с приклеенными улыбками и заученными речами. А единственным живым человеком оказались вы. Ваша песня стала для меня глотком чистого воздуха.

Вконец засмущавшийся юноша густо покраснел и забормотал слова благодарности. Василиса восхищенно улыбнулась.

- Наш человек! – выдохнула она, имея в виду голландца.

- Amicitia nisi inter bonos esse non potest, – согласился Боря. – Я сразу понял, что Леня – в доску свой! Однако, Qui anhelat amittitur. Лариска права – пора уже пригласить на экскурсию нашего нового друга.

Меценат шел по уныло выглядящим залам со странной, задумчивой улыбкой на губах.

Время от времени он останавливался и внимательно вглядывался в куски обвалившейся лепнины. Или касался рукой треснувшей колонны. Василиса и Боря двигались рядом, все время что-то поясняя, а наш гость лишь печально кивал головой. В какой-то момент моя подружка и старший научный сотрудник убежали вперед, чтобы открыть очередную дверь, а Юрка отстал. Мы с голландцем остановились, и он медленно произнес:

- Странное чувство. Я родился и вырос в другой стране, никогда не видел вашего города.

Почему же сейчас эти стены кажутся мне родными? Как будто еще мгновение, и ко мне вернется память предков. Я вспомню, как когда-то ходил по этим залам, которые тогда были ярко освещены и жарко натоплены. Всюду звучала музыка, улыбались прекрасные дамы, смеялись друзья. Отчего мне кажется, что я всю жизнь странствовал и только сейчас вернулся домой?

Меценат посмотрел мне прямо в глаза, и я немного смутилась. Взгляд у был теплый, открытый и чуть растерянный.