Перевёртыши

Вот и выходили лицеисты по три— пять человек. И сразу разбегались в разные стороны. Торговец старался перейти кому— нибудь дорогу и столкнуться с ним. При этом он обязательно ронял свою корзину на землю. И тут же поднимал крик, что ему испортили товар! Нужно позвать стражу и заявить об ущербе Клану.

В общем— то, особых неприятностей у лицеиста не было бы. Но появление имени в сводках происшествий многих пугало. Кто мог, платил сразу, хоть и понимал, что переплачивает в несколько раз. Кто— то предлагал пойти к родителям.

Они тоже платили. И ведь этот гад мог за одно утро два, а если повезёт, то и три раза рассыпать свою корзину!.. Сам понимаешь, обо всём этом я узнал гораздо позже, чем сам попался на его крючок. А вот мой друг, Рекрут, раскусил его сразу. Он заплатил деньги и забрал корзину. Заявил, что овощи теперь принадлежат ему. А потом придумал, как проучить наглеца.

— И как же? – Эрим тоже увлёкся разговором.

— Несколько десятидневок мы обходили гончарные и стекольные мастерские, скупая бракованную посуду.

А потом поджидали наглеца у его же лавки, сталкивались и опрокидывали корзину. Один требовал компенсации и звал стражу. Второй выступал свидетелем…

Весёлость Нака сменилась задумчивой грустью.

— На пятой корзине мой друг сломался. Когда матушка этого деляги вынесла деньги за разбитую посуду, она рыдала, что её «мальчик» чем— то болен. Нельзя же вдруг стать таким неуклюжим. Говорила, что будет больше работать и больше экономить. И обязательно найдет для него самого лучшего лекаря, который избавит его от недуга… — Нак поёжился от неприятного воспоминания.

— Рекрут не выдержал, схватил парня за грудки. Заставил рассказать, при матушке, соседях и городском патруле, откуда растут ноги у его «неуклюжести». Дураком— то он не был, быстро понял что к чему… Теперь ему придётся хорошо постараться, чтобы соседи перестали показывать на него пальцем.

— А деньги?

— В приют отдали. Нельзя их было ему возвращать, — поморщился Нак.

— А рекрут — это ведь не имя?

Нак неожиданно смутился, отвёл глаза.

Холодно отчеканил:

— Рекрутами называют три самых низких ранга в Военном Клане. То, что у гражданских считается простолюдинами.

Гм. Надо же? Нак всегда безупречно вежлив с простолюдинами, приходившими к нему за советами в гостиницу, а своего юношеского друга— простолюдина, оказывается, стесняется. А я ещё удивлялся простоте саккарских нравов.

— Погоди! Ты сказал, вы учились вместе. Как же простолюдин попал в твой лицей?

— Погода сегодня замечательная.