Цветок с пятью лепестками

Цели иезуита были, в общем-то, понятны, видимо, орден тайно принял на себя функции инквизиции и исполнял их уже достаточно длительный период времени. К счастью, сейчас что-то изменилось. Но что?

Милан соскочил с кровати. Ох, сейчас за сигарету он был готов признаться и в вымышленных преступлениях. Все-таки даже приговоренным полагается последняя сигарета и ужин, или обед, впрочем, он бы попросил эспрессо.

И все-таки, эти люди безумцы или они действительно инквизиторы? Последние слова Маттео не выходили из головы.

Где-то он уже слышал про цветок и, кажется, совсем недавно. Он нахмурился, пощелкал в воздухе пальцами, словно стараясь заставить мозг отвлечься, наконец, от мыслей о сигаретах и выдать необходимую информацию. Безрезультатно. Измерение длины шагами тоже ничего не дало, как и потягивание за мочку уха. Оставалось сдаться и не мучить память.

Мужчина еще немного постоял у окна, рассматривая кусочек улицы с проезжей частью и стену дома напротив. Движение на улице было слабое, ни машин, ни пешеходов.

Ну, конечно, зимой людей меньше, даже в Риме. В это время лучше где-нибудь в теплом месте, у огня… Точно, он вспомнил фразу про цветок… Вот же чертовщина… И что сказать этому?

Внизу медленно проехал внедорожник, так, словно искал место для парковки. “Знакомая машина”. Он отметил это почти машинально и уже чисто автоматически наклонился, чтобы рассмотреть номер. Но машина уже скрылась из виду. “Нет, ерунда, совпадение. Что ему здесь делать? Что им здесь делать?”

Звук открывающейся двери заставил обернуться.

Те же двое не то священников, не то охранников. Что же, появился шанс на кофе. Без кофе он разговаривать не будет. Даже со всей Святой инквизицией.

Об этом он сразу с порога и заявил Маттео. Итальянец совсем не удивился, набрал номер, и через несколько минут один из охранников уже принес картонный стаканчик и нераспечатанную пачку сигарет. Церковник открыл ящик стола, достал красивую металлическую пепельницу и подал чеху. Затем поднялся, подошел к окну и приоткрыл одну створку.

Ух! Свежий воздух подействовал как наркотик. Сутки взаперти давали о себе знать. Он с наслаждением выдохнул дым, потом сделал глоток, маленький, попробовав напиток самым кончиком языка. Наслаждение.

Маттео спокойно ждал, с интересом рассматривая своего собеседника. На столе перед ним лежала старинная книга, и он, возможно чисто автоматически, поглаживал темно-синий переплет.

Милан отвернулся от окна и, в свою очередь, принялся изучать итальянца.