Цветок с пятью лепестками

Фаррин еле заметно покачала головой и разомкнула губы. Вдох и еле заметное движение руки. Эстер наклонилась и постаралась разобрать, что пыталась сказать умирающая повелительница магов.

– Немного смешно. Богиня шутит. Но это вернется, вернется… Я не смогла дойти до конца, ты сильная девочка.

Хранительница затихла и закрыла глаза. Грудь ее медленно вздымалась и опадала. Несколько секунд она молчала, а потом собралась с силами и прошептала так, что услышать ее могла уже только Эстер, склонившаяся к самым прикушенным губам.

– Цветок… твой, очень красивый. Очень нежный. И тот, другой. – и спустя секунду. – Прости... Не смогла… От вечности устаешь.

Солнце пробилось сквозь тучи, и его лучи вновь осветили середину храма. В свете лучей игра страстей навсегда замерла в той, которая захотела изменить течение жизни. Эстер смотрела в застывшее лицо Фаррин и старалась не думать, что могли означать ее слова. Она не хотела думать ни о чем. Девушка нащупала руку мужа и с его помощью поднялась на ноги.

Вокруг молча стояли знакомые и незнакомые ей люди. Азарат держала близняшек за руки, и их черные глаза были подобны бездне, открывшейся ей. Теперь она должна была воплощать в жизнь их надежды. Больше некому. Теперь хранительница – она. Она обрела то, о чем мечтали все вокруг.

Глава 28. Кира.

– Смешные, смешные и глупые!

Человек в капюшоне приблизился еще на несколько шагов. Теперь Кира почувствовала исходящую от него силу. Когда-то она уже видело такое: линии, узлы, пересекающие все пространство вокруг.

Он словно паук ткал эту паутину, только эти незаметные для других нити были неизмеримо крепче. И те, кто был на другом конце, держались за них изо всех сил.

– Сколько лет я жду, что здесь окажется та, с которой все началось. Готовлюсь, набираюсь сил, учу, воспитываю, а ее все нет, и нет. А вместо нее ничтожества, которые только забирают мое время. Обман, один обман. Сколько лет Маттео, сколько лет вы ищете!

Иезуит отказался от бесплотных попыток как-то укрыть Уршулу и обернулся.

Он осенил себя крестным знамением.

– Дьявол. Ты дьявол, пробравшийся в наши ряды. Но тебе не уйти.

Рикардо расхохотался.

– Я дьявол? Нет. Впрочем, называй меня как хочешь.И я никуда не собираюсь уходить. И вы никуда не уйдете. Вы останетесь здесь навсегда. В этом виноват ты – идиот! Твой несчастный орден создан только с одной целью – помогать мне. Мне!

Темные жгуты обвили Маттео, и он схватился за голову.