Цветок с пятью лепестками

Пиджак, которым он безуспешно пытался укрыть девушку, выскользнул у него из рук, и мужчина опустился на колени у ее ног.

Кире показалось, что тело Уршулы дрогнуло. Видимо, это не ускользнуло и от инквизитора. По залу словно пронесся еле слышный шепот, легкий ветерок. И все вновь утихло.

Она замерла. Ряды черных истуканов, желающих получить от несчастной Ули и от нее кусочек, маленькую часть чего? Того же, что обрела Кира совсем недавно? Той радости, которой она делилась с окружающими? Они хотят забрать у нее ее цвета? Хотят не дать больше делиться ими с окружающим миром?

Кира не так давно стала понимать, что ей дано, но старалась защищать эту часть себя.

Защищать себя, но каким-то образом получалось, что она помогала спасти часть себя другим людям. А этот, чего он хочет? Отомстить или просто пожрать их всех?

Камень на пальце зажегся холодным мерцанием. Стихия бушевала в этом зале, черная стихия множества многих. Пока она не была направлена против нее, но потом, потом обязательно устремится к ней, чтобы также заморозить и опустошить.

В этом дрожании черных нитей в пустоте была некая методичная равнодушная сила, безразличие и холод скользили в каждом движении сети. Какое-то все было неживое, у нее даже мелькнуло сомнение, люди ли все те, что отдают себя во власть Рикардо. Дьявол,

так его назвал Маттео. Наверно, нет, но та сила, которой он обладал, была поистине дьявольской.

Кира не знала, на что решиться. Она понимала, что еще немного, и может быть поздно, колдун расправится с полькой и обрушится на нее.

С другой стороны, она не чувствовала в себе уверенности, что может противостоять этой силе. И главное, она даже не знала, как. Тогда, на стоянке, она нашла, к кому обратиться за помощью, не раздумывая. А сейчас? Оружие осталось у итальянца, да и вряд ли он был готов его использовать, хотя она, она, наверно, не колебалась бы.

Рикардо сделал еще несколько шагов вперед, он приближался не к Уршуле, которая, видимо, его мало интересовала, он приближался к Кире. Девушка буквально чувствовала исходящую от него угрозу и еще, еще самодовольство, уверенность в своей силе.

Когда до девушки оставалось всего несколько шагов, из-за спины выскользнула другая фигура и заслонила ее. Итальянец остановился, словно удивленный, что еще кто-то решился преградить ему дорогу.

– Уршула пыталась напугать меня появлением своей подруги. Я имею право познакомиться с таким феноменом. Может быть, это та, которую я ищу. Прочь с дороги, мальчишка, пока я не заинтересовался тобою.