Vалентин 3

Посмотрел на тётю Олю и поинтересовался:

— Ну, это же лучше, чем мега-ня?

— Лучше, лучше... — вздохнула тётя, — ездишь ты на мне, Соболев. Пользуешься моей добротой. Ладно, иди отдохни пару часиков, у нас тут дел поднакопилось, пообедаем и займёмся, — она указала глазами на стопку папок на Мармошином столе, я измерил взглядом высоту стопки и слегка помрачнел. Тётя улыбнулась: — Химичить надо регулярно и чётко, Тёма, тогда будет качество. Хотя, так тоже красиво, — опять посмотрела на фонтан, изрыгающий жидкий хрусталь, усмехнулась: — Переплатил, правда, в полтора раза, и потолок у Даши Валерьевны теперь с эффектами, но я думаю, она привыкнет.

Я наморщил лоб, вспоминая состав алхимического инея:

— Сверкающий пигмент разрушается за неделю под воздействием кислорода.

— В воде — да, — кивнула тётя, — а ты потолок чем красил?

Я молча хлопнул себя по лбу — краску я купил самую лучшую, чтобы продержалась подольше. Белая была дешевле, но она не перекрывала цвет загустина, намертво въевшийся в потолок, так что я заказал бледно-голубую и подороже.

Дамы рассматривали что-то внизу, госпожа декан сказала:

— У нас теперь новый аспирант на вычислительном?

Мармоша довольно улыбнулась:

— Ага.

— Отлично. Вон как раз новый суперкомпьютер привезли, шестьдесят четыре коробки, их надо разгрузить и подключить, пусть займётся.

Я тоже выглянул в окно — дамы смотрели на грузовик у бокового входа, возле которого топтался Димон, с ужасом глядя внутрь кузова и теребя телефон.

— Тяжела и неказиста жизнь простого программиста. Как хорошо, что я алхимик.

— Отлично, — кивнула госпожа декан, — алхимия — лучшая специальность. Пойду я, у меня встреча.

Она ушла, Мармоша посмотрела на часы и вздохнула:

— А у меня пара, с айтишниками. Ты меня туда не отнесёшь?

Я посмотрел в её бессовестные глаза:

— В енотовой форме поедешь?

— Ага.

— Тогда отнесу. А ты мне в ответ одолжишь десяток сильных и тупых студентов?

Она смерила меня взглядом и усмехнулась:

— Ты команду собираешь, что ли?

— Ага.

Мармоша согласилась, я отнёс её в аудиторию, она залезла мне на плечо, чтобы высоко сидеть — далеко глядеть, натыкала пальцем десяток жертв и отправила со мной.

Я построил их в коридоре, сделал суровое лицо и сообщил:

— Значит так, вы были избраны, как самые сообразительные в том, что касается реальной работы с железом.