Без пяти смерть

Уннар был одним из тех немногих, кто относился ко мне спокойно, без симпатии и без презрения, так что я ничего не имела против его компании.

— Пускай тут и будет твой стол.

И я чуть не упала, услышав это. Серьезно?!

— У тебя хватка дьявола, да и землю рыть умеешь. У меня же в кабинете как раз не хватает людей, — пояснил он.

Об этом я знала: дальний кабинет принадлежал только Уннару и толстому Мейбу. Разве могла я отказаться от такого подарка?

— С удовольствием.

Ночь мы провели в молчании. К чему слова, когда всё и так ясно? Дело я раскрыла, и после него обо мне заговорили с суеверным восхищением.

Из принципа я не воспользовалась подсказкой Уннара и смогла через сложную цепочку свидетелей и улик доказать вину дамочки, а также ее подельников. И вот тогда все зашептались обо мне, как о машине правосудия. Иронта-без-ошибок — прозвище приклеилось, побежало вперед меня, заставило всех если не слышать, то прислушиваться ко мне.

Когда же мне дали старшего следователя, все поменялось опять. Со мной смирились.

Я притерлась к людям, они — ко мне, да так и стали жить.

Когда Уннар сколотил мне личный стол, я чуть не заплакала. Сдержалась кое-как, отошла к окну, а потом передумала, повернулась, провела ладонью по столешнице, теплой, светло-бежевой, которую еще предстояло морить… Уннар складывал инструменты, Мейб довольно щурился и дымил в потолок, а мальчишка Олье, взятый мной на поруки, носился с заданиями…

Я тряхнула головой и моргнула. Надо же, какие трогательные воспоминания. Я положила руку поверх хронометра, сквозь одежду будто ощущая ход стрелки.

Это странным образом успокаивало. Но стоило подумать о Фарлахе, как я скрипнула зубами. Зачерпнув горсть песка, швырнула в воду.

— Ого! Подруга, а ты здесь какими судьбами?

Я обернулась к Ворону, даже не удивившись такому совпадению.

— Скажи-ка, Ворон, а ты не знаешь, как обезвредить эскайр?

Он подошел ко мне и заставил подняться. Когда он расстелил плащ, мы сели спиной к спине. Мужчина был тяжел, но сидеть оказалось удобно.

Я не торопила его с ответом, осознавая, что он думает, пусть и медленно из-за созерцания деревьев.

— Эскайры… В них используют геотиты, да? Для кровной привязки?

— Да. Геотиты, кровь и нить связи, видимая двоим. Камни эти магией не уничтожить. Я уже думаю отрезать себе руку!

Я подтянула к груди колено и поджала губы. Чем дольше я думала, тем больше хотела освободиться от Фарлаха. Ворон размышлял.

— Все мы, маги, думаем только о заклятиях, — хмыкнул ходок.