Без пяти смерть

— Всё Бог видит! Только за всякое счастье и всякий выбор платить надо, иначе б нечестно было. Мне вот, чтобы в храм попасть, пришлось горбатой да уродливой родиться, а еще ослепнуть, чтоб город не манил. А тебе кровь сложная досталась. Чем больше дар Бога, тем больше он спрашивает. Вот представь, что ты сейчас перед Ним стоишь на суде посмертном, — старуха ткнула пальцем в статую, совсем непочтительно, и складки одеяния, казалось, обиженно колыхнулись. — Так что ты скажешь? Достойно ль дар его приняла? И через жизнь пронесла? А?

Я посмотрела на Бога.

Дар, конечно, был совсем не его, но вот подумать над словами старухи стоило. Что было даром? Моя свобода? А одиночество — плата? Зато без страха могла и могу уйти за Крепость. Никому от этого не будет больно или плохо. И это — благо.

— Не нравятся мне твои мысли, девонька, — покачала головой Саа. — Ну да посиди, поговори с Ним, может, что и прояснится у тебя.

Еще одним ценным качеством старухи было то, что она умела вовремя остановиться и оставить человека наедине с мыслями.

Вскоре ее шорканье стало неслышным. Но мне вот искать покоя расхотелось. Что-то звало меня. Куда? За Крепость!

Кровь прилила к щекам. Выйдя из храма, я посмотрела в небо, по которому летело воронье. А за Крепость хотелось все сильнее. Неужели… Неужели мой папаша зовет? Против воли по спине пробежался холодок.

Заскочив в ведомство, написала Уннару записку, куда отправляюсь, а потом побежала к тракту. Там, стоя на краю города, позвала своего волка.

Этот зверь не был ни иллюзией, ни кем-то реальным — создание, сродни спасенному мной олененку. Огромный, черный, с синими глазами он появился передо мной и смачно лизнул в лицо. Отбившись, я запрыгнула ему на спину — седло давно уж продала.

— Ну, вперед!

Дорога у нас заняла всю ночь и несколько часов после рассвета, хотя обычным транспортом к Крепости нужно было ехать три дня. Я успела и поволноваться, и подремать, и замерзнуть, и отогреться, прижавшись к спине зверя. Он плавно бежал, а стена Крепости все увеличивались и увеличивалась.

Сложенная словно из обычного камня, оборудованная башнями и бойницами, она высоту имела столь страшную, что мимо ходивших поверху летали птицы и иногда — облака.

В принципе Крепость была независима: возле гарнизонов, расположенных на расстоянии дня пути, имелись скотные дворы, колодцы, конюшни, огороды и всё, необходимое для суровой солдатской жизни. И вот теперь, попав в деревушку, я спешно шла к стене.