Книга четвертая. Угрюмый герой

– Ну да, ну да, – вздыхает Эльма, сжимая запястья сестры своими руками, теплыми и живыми, – А с чего у тебя работа будет, госпожа секретарь мэра, если за год в районе лишь двадцать семей поселилось?

– А они, – кивнула девушка-призрак в спину уже почти скрывшегося мужчины, – тут особо и не нужны. Забыла манифест? «Хайкорт воскресший – новое пристанище для магов и ученых. Цитадель свободы и знаний, оберегаемая неживыми». Мы ждем особенных жителей, так-то, сестра!

– Мы? Ждем? – с непередаваемым сарказмом протянула Эльма, вывернувшись из объятий, а затем сбежав по ступенькам, взирая с нового места на сестру снизу вверх, – Мы ждем?

– Ну, в манифесте так написано, – пожала плечиками призрак, легко слетая вслед за сестрой, – А вот мы с тобой ждем кое-кого конкретного, да?

Некоторое время сестры двигаются домой молча.

Идти им недалеко, настолько, что даже смешно желание зеленоватого полупрозрачного призрака «идти домой вместе». Вопрос, заданный игривым тоном, висит между ними незримой тяжестью. Эльма ответит позже, уже войдя в дом, затворив дверь, и сев за кухонный стол. Взглянув на левитирующую перед ней сестру, она, проглотив ком в горле, выдавит:

– Я… не верю. Ни Ахиолу, ни Лейлушу. Они сами признались, что отступили, что не знают того, что было дальше.

Он может быть жив.

– Ахиол сказал, что не чувствует клятвы, – личико девушки-призрака, обычно бывшее беззаботным, смотрит на сестру строго и пронзительно.

– А Лейлуш сказал, что из-за того, что было там, слететь могли не только клятвы! – в сердцах шлепает Эльма ладонью по столу, – Мы не можем гадать!

– А мы и не будем. Сидим, ждем, верим, – вновь обнимает её сестра, подлетев поближе, – Работаем, копим деньги, заказываем и читаем газеты.

Если он жив, он вернется. Не к нам, так за нами. Верно, госпожа главный счетовод?

– Верно, госпожа секретарь.

Правда, если бы в этот вечер незнамо каким образом в дом сестер Криггс заглянул бы их приёмный отец, которого в данный момент болтало по свету в разных гадких и сырых местах, зрелище двух распивающих бутылку вина девочек ему бы точно не понравилось.