Огненная буря в стакане

Отплевываясь, пояснил:

- Я хозяин здешних озер.

- Понятно, - теперь опешил душа талисмана, и Анька почувствовала его смятение. – Ты уж извини, что я тут разгулялась. Да только обидела меня одна из твоих дочерей. Моего любимого заколдовала, а еще и насмехалась надо мной.

- Извиняю. И ты меня прости, - ответил дед, кланяясь Аньке, почти доставая рукой до земли. – Не признал я в тебе потомка Стрибога, - и тут же хитро улыбнулся, совсем по-доброму. – Что-то хлипковат ты… уж больно малы нынче потомки-то. Раньше все богатырями были, а теперь… - но, не договорив, замолчал.

– Сам понимаешь, душа, о чем я толкую.

- Понимаю. Но теперь будешь знать, что не в богатырской силе дело. Впрочем, не мне тебе рассказывать, покровитель рыб.

- Это да.

Понимая, что взаимные извинения не двигают дело, решила вмешаться в болтовню существ Анька и рявкнула неожиданно громко даже для себя:

- Снимай заклятие русалки! Времени нет ждать, пока вы наговоритесь.

- Сама-то резка. Ух, какая. Ты научил или характер такой? – не обращая внимания на Анькин выкрик, продолжал Рыбич.

- Такова сама, намучился уже, - вдруг пожаловался на нее душа, и Аньке стало смешно. Вот ведь, нашел родственную душу, оказывается бедняге и поговорить-то не с кем. Видимо хочется общаться с подобными. И даже пожалела его, но вспомнив, что скоро проснется Ксандр, сказала. – Дедушки, все понимаю, но что-то с заклятием надо делать. И побыстрее.

- Да, да, - спохватился душа. – Зови негодницу, пусть исправляет, чего натворила.

- Авдотья, подь сюды! – крикнул Рыбич.

Анька услышала, как слева от нее захлюпала вода, а потом снова стало тихо. Однако никто не появился. Анька покрутила головой и вопросительно посмотрела на бородатого деда. Тот, увидев ее взгляд, снова крикнул:

- Нечего прятаться, плыви в просвет, а то потомок Стрибога тебя не видит.

Опять что-то забултыхалось, и почти у самого берега из воды показалась голова с длинными волосами, а затем вынырнула и половина женского тела по пояс. В свете неполной луны все же можно было разглядеть приятное лицо совсем молодой девчонки, на котором отражалось смятение.

Белые руки теребили концы рыжих прядей, закрывающих только начавшую расти грудь, а огромный хвост, который поджала русалка, нервно вздрагивая, негромко хлопал по воде. В целом внешний вид ничем не отличался от классических представлений.

- Куда только смелость девалась, - усмехнулся душа и попенял Рыбичу. – Распустил ты свои чада, делают, что хотят.