Огненная буря в стакане

- Я ведь обещал, - удивился Рыбич Анькиному недоверию, останавливаясь в двух шагах от нее и приглаживая бороду. – Я всегда слово держу. Какой же я тогда хозяин озер, если клятву свою меняю? Мое слово крепко. Просто не было случая к тебе подобраться без посторонних. Я уж думал, если ты к воде не пойдешь, так просто в вашу компанию загляну. Вроде травник я, лекарственные растения в лесу собираю, ну и на вас набрел. А то ведь места здесь теперь глухие, и человека встретить редкость. Грибы-ягоды еще не пошли, а трава всегда растет.

- Ой! – Анька отпрыгнула от берега, увидев, как из воды показалась морда жабенка с совершенно круглыми осоловелыми глазами. Он моргнул два раза и замер, глядя на нее.

- Ухайдакала ты парня, - усмехнулся Рыбич, тоже рассматривая высунувшееся чудо. – Говорил же тебе, осторожнее с ней надо, - сказал круглым глазкам. – Видишь, что получилось, - повернулся к Аньке, пояснил. – Это Васька-щурь, водяник и мой помощник. Хозяйственный и серьезный, только немного бестолковый.

Вечно свою руку тянет, чтобы сцапать чего-нибудь или напугать кого. А тебе он бумажку совал с рисунком кольца, которое Жива создала, да тоже напугал, дурачок. Он у меня еще и художник, сам рисовал.

- Ой, бедный, - пожалела она жабенка. – Я ведь не знала, - растерялась, не зная, что делать.

- Ничего, ничего, - рассудил Рыбич. – Сам виноват, был предупрежден. Живой? – спросил водяника, увидел, как тот мотнул головой, и продолжил. – Так тащи сюда свой шедевр.

Жабенок сделал несколько огромных прыжков и вылез из воды, шагая на задних лапах.

Оказалось, что это не жаба, а смесь жабы с мужиком, потому что лицо все же напоминало больше человеческое с примесью амфибии, поэтому и отливало зеленым цветом. Да и руки были человеческие, но с перепонками между пальцев. Ниже пояса он был покрыт длинными волосами в виде юбки, которые все скрывали. Подойдя к Аньке, он вытащил откуда-то из мехов белое нечто и протянул ей. Это оказалось свернутым в несколько раз листком, на котором был отлично вычерчен рисунок вензелей со старославянской буквой Ж в центре. Как Анька и думала.

- Спасибо, очень красиво нарисовано, - поблагодарила водяника и увидела, как тот расцвел, даже видимо заулыбался, потому что растянул жабью пасть еще шире. Спрятала бумажку в карман штанов, спросила. – А какое оно? Серебряное или золотое? Или еще какое? А то как искать-то?

- Серебряное, - сказал Рыбич, не удержался и посетовал.