Сияй, Бореалис! Армейские байки

От неожиданности Лирет даже не сразу сообразила, какую печать здесь лучше поставить. Обычно барьерщики работают в команде, а здесь приходилось полностью выкручиваться самостоятельно.

Судорожно оглядываясь, девушка не заметила, как впереди выросла преграда.

По лбу неслабо треснуло.

Темнота.

– Зорг-зорг, – монотонно донеслось откуда-то из-за завесы.

Лирет с трудом разлепила глаза. Руки свело судорогой – не пошевелить. Они были чем-то обездвижены. Сквозь рукава просачивалось что-то липкое.

– Зорг, – пробормотал кто-то рядом.

Девушка попыталась различить в тенях хоть один силуэт. Притворившись спящей, она наблюдала за тем, как в полутьме шевелились две фигуры: одна мохнатая, другая тощая, ростом с человека. Мохнатое создание уселось по-собачьи, а силуэт поменьше потрепал его по голове. Привыкнув к темноте, Лирет узнала демоническую псину, а тот, что стоял рядом, вероятно, был её хозяином. Псина благоговейно высунула язык, спокойно дав себя гладить. Человек, одетый не то в полушубок, не то в шкуру какого-то зверя, нисколько не страшился монстра и вел себя с ним, как с обычным псом, причём девушка была полностью уверена, что то был человек, а не демон.

 

Руки по-прежнему немели. Лирет осторожно повернула голову, насколько позволила затёкшая шея. Вся спина вместе с футляром утонула в какой-то клейкой мерзости, размазанной по стене, руки на манер распятия клеились по обе стороны, пальцы тонули в уже затвердевшей субстанции, как во льду. Печати, которые девушка собиралась использовать, размокли и превратились в бесполезную бумажную кашицу.

Сориентировавшись в пространстве, Лирет попыталась шевельнуть хотя бы мизинчиком, но пальцы намертво окоченели. Слишком много происшествий за каких-то полчаса. Тем временем псина учуяла что-то и, тяжело ступая по каменистой земле, подошла вплотную к пригвожденной к стене девушке. Та сжала губы, отогрев щёки о собачье дыхание. Рядом на землю шмякнулось несколько крупных капель слюны, и в воздух поднялась зловонная испарина. Лирет, зажмурившись от омерзения, вообразила себе угрюмое лицо капитана Терреса, в которое летят несвежие чебуреки и разбиваются в ошмётки, – это было единственное, что пришло на ум и позволило хоть на немного отвлечься от вони. Затем псина удосужилась лизнуть девушку в лицо, щедро умыв её слюной.

– Зорг! Зорг! – взволнованно возопил человек, когда его зверушка, взревев, отскочила прочь как ошпаренная.

В холодный воздух поднялся запах палёной шерсти.