Чёрным золотом. Пробуждение

— Ха! – негр издевательски-нервно хохотнул, отпуская руку Маркуса.

Сам он понимал, что грифон вряд ли кого-нибудь убьёт, но такая резкая смена образа заставила понервничать даже Маркуса, что уж говорить о простом детективе, пусть даже и с двадцатилетним стажем работы.

Мистер Биф долго не колебался, выхватил пистолет и направил его на Александра.

— Убери эту тварь! – он не зря занимал должность шефа полиции, безошибочно определив, от кого исходила наибольшая угроза. Только он не знал, да и не мог знать, что Александр, будучи и так самым могущественным нефилимом на планете, стал ещё сильнее.

И не просто чуть-чуть, а на несколько, если не несколько десятков, порядков. Такая сила в нём бурлила, что хватило бы на десять Маркусов и ещё на стольких же бы осталось.

Александр воспринял угрозу серьёзно, а потому и отреагировал на неё соответственно.

Выхватывая энергию из параллельного (или каким там мир Эфира приходится Земле?) мира, он воплотил её в физическую форму, даже и не пытаясь призвать какое бы то ни было существо.

В его руке ярко полыхнул огромный фламберг.

Вообще-то, фламберг – это тяжёлый двуручный меч, однако нокс-атра и одной рукой управлялся с ним крайне удачно.

Полыхнувший золотом меч, бабочкой рассекал воздух вокруг нефилима. Он был огромен, раза в полтора больше обычного, но, похоже, смущало это только окружающих. Стремительный росчерк, и пистолет в руках мистера Бифа развалился на части.

Александр, хоть и был злыденем, но таким результатом удовлетворился, не став проливать лишнюю и такую ненужную ему чужую кровь.

Потеряв всякий интерес к противнику, он вернул железку откуда взял.

То есть неизвестно куда и неизвестно как!

Глаза Маркуса расширились до размеров сателлитов, у Шины отвалилась челюсть, Рэйнольд помянул чертей и что они могли сделать с его прабабкой, которая и так, оказалось, была не подарком. Мистеру Бифу стало плохо, но он быстро взял себя в руки. О чём, о чём, а о том, что доживёт до таких дней, он никак не мог себе представить.

Пыль наконец улеглась, а Александр решил отправить Мефистофеля в эфир, поднабраться силёнок ещё больше, так как чуяло его сердце (ну, или другой орган), что скоро ему это ой как понадобится.

И только сейчас все заметили перемены в его внешности. Волосы стали ещё длиннее, теперь достигая плеч, а на лбу явно проступали очертания витого венца. Только это была лишь чёрная татуировка, копия того, что одел ему на голову тот-кто-не-представился.