Последняя Ягиня, или Советы вредного домового

Кучер спрыгнул с козел, пытаясь успокоить испуганную лошадь. А потом, заглянув под колесо, схватил и вытащил на свет серого ободранного кота. Тощего, как старый веник, и боязливо сжавшегося в руке! Слуга хотел было отбросить его в сторону, но я, обреченно вздохнув, сказала:

— Нет, давай сюда!

Видимо, сегодня звезды сошлись так, чтобы в моем доме было пополнение!

Кучер удивленно покосился на меня и протянул кота. Да нечего на меня так смотреть! Сама не понимаю, что происходит! В руках с мешком с петухом и ободранным беглецом зашла в портал, наблюдая, как кучер заносит купленное на рынке.

— Батюшки святы… — оторопел Василий.

— Не спрашивай! Хотел живности — получай! — отрезала я, оставляя птицу на полу и унося кота в кабинет. Его надо было срочно лечить. На теле живого места не разглядеть! — Не лизать мазь! Понял? — приказала раненому. Занеся в светлицу, посадила его на лавку и дала порцию мяса и молока.

Выглянув в окно, с удивлением заметила привязанную к дереву козу и ярко-рыжего петуха. Он важно ходил вокруг и пощипывал траву, подкладывая козе под морду.

Вот чую подвох!

Глава 8

Домовой затих. То ли припасы раскладывал, то ли задумал что... За домом тем временем слышался стук. Отряхнувшись, сняла фартук, который повязала, когда лечила кота. Пойду гляну, кажется, Михайло уже принялся за работу. Неужели действительно за три дня все закончит?

Работа кипела… С десяток крепких мужчин, разобрав завалы старых построек, уже шустро ставили опалубку сразу на два места.

— К обеду часть ограды уже будет стоять! Покроем каждое бревнышко и доску специальным составом. Сто лет простоит, ни жук не возьмет, ни природа! — Ко мне подошел оборотень. Искоса глянула на него: рубаха на груди распахнута, рабочие штаны… Красив, зараза!

— Это хорошо. Обед через два часа, — согласилась я.

— С нетерпением жду! — Оборотень скользил по мне взглядом, особо не скрывая интерес. Я же, смутившись, поспешила уйти.

«Сяду повышиваю лучше…» — думала я, буквально сбегая в избу.

— Василий! У нас гость! — буркнула, принимаясь за вышивку у окна. Начну с рушников.

— Два медведя в одной берлоге не живут! — высказался домовой. — И у козы молока нет! Зачем нам петух без кур?..

— Как без молока? — оторвалась я от ткани.

— Да окотная, двумя козочками… Но молока нет!

— Ладно, потом будет! Кур куплю, как сарай встанет! — оправдывалась я перед Василием, чувствуя вину непонятно за что.