Случаи из практики Евы Б.

Сегодня она выглядела значительно лучше: на щеках появился здоровый румянец, глаза горели, а в движениях появилась детская порывистость, которая была куда естественнее странной вчерашней заторможенности. Розовое платье с оборочками и пара хитро уложенных на голове косичек все еще делали ее героиней викторианского рассказа, но сейчас (хотелось бы сказать «при свете дня», но света этого Ева не видела) это казалось даже мило.

- Чудесное платье.

- Спасибо, мисс Ева, - улыбнулась девочка. - Это мне папа купил в Париже.

Вы бывали в Париже?

Ева покачала головой.

- Я тоже, - вздохнула Алиса и тут же быстро улыбнулась. - Но папа говорит, когда все наладится, мы обязательно туда поедем.

- Что наладится? - спросила Ева, но Алиса ее уже не слушала.

Устроившись у стола, девочка принялась щебетать без умолку, как же хорошо, что мисс Ева согласилась погостить пару дней, потому что в доме одной очень страшно, особенно когда наверху ходят, а дядюшка Персиваль очень и очень злой, а еще Алиса не все понимает в учебниках и скоро начнет отставать по многим предметам, а еще…

Ева перестала слушать еще на моменте, когда она «согласилась» погостить в этом жутком доме.

Несколько минут она колебалась, но после села к столу и принялась за завтрак. На сытый желудок лучше думается.

Ева ни на секунду не сомневалась, что скоро приедет полиция, но все же не мешало осмотреться в доме и попробовать выбраться самой. Баллиоль запретил подниматься на третий этаж и спускаться в подвал, и оттуда, пожалуй, следовало начать.

Не с подвала, конечно, Ева страшно не любила темные, замкнутые помещения. Но подняться наверх нужно непременно; как знать, нет ли там выхода на балкон, или слухового окна, или, может, сыщется еще какой-то способ подать знак и позвать на помощь.

Некстати вспомнилось, что в детстве бабушка любила рассказывать сказку про Синюю Бороду. Он, помнится, тоже запрещал своей молодой жене заходить в некоторые комнаты, и любопытство в конце концов дорого всем обошлось.

Впрочем, это в сказках злодеи держат в потайном месте скелеты своих покойных жен. В реальности запрет скорее всего означает, что за дверью лежит спасение.

- Очень вкусные груши, - сказала Ева с фальшивой улыбкой. - Доедай, потом мы прогуляемся по дому и займемся уроками. Покажешь, что у тебя не выходит, дорогая.

* * *

У дома оказалась странная планировка.