Страх

Даша вертелась в постели, вставала, тихонько ходила босиком по мягкому ковру. Она бегала бы по всей квартире, но опасалась потревожить бабушку Симу. Вот сейчас не готова была отвечать на вопросы. Первая в её жизни любовь оказалась пугающей, запретной. Юноша, чей образ преследовал как морок, не принадлежал к людскому роду.

Читая фантастические книжки, она часто думала, что интересно было бы влюбиться в инопланетянина, хотя там всё случалось наоборот и земные мужчины теряли головы от прекрасных женщин с других планет.

Что чувствуешь, когда избранник чужого племени, иной крови? Тогда это выглядело восхитительным, теперь, когда мечта обрела конкретные черты, Даша испугалась.

Переживания оказались такими сильными, что временами она опасалась за свой рассудок, стискивала голову ладонями, как будто это могло помочь. Лицо Зинона стояло перед глазами, прекрасное словно в сказке, а талия ощущала прикосновение его ладоней.

Не менее настойчиво звучали в сознании предостережения Риты, Даша понимала, насколько разумно всё, что говорила вампирша, верила ей, но ничего не могла с собой поделать.

Любовь к Зинону затопила, ошеломила, как одно из тех наводнений, что показывали по телевизору, смывало города.

Даша хотела включить компьютер, не стала. Никогда ещё виртуальная жизнь не выглядела насквозь фальшивой, словно неживой покупной хлеб, а не бабушкины булочки. Настоящее оно вот такое: с мучением, кошмаром, острым желанием как всё забыть, так помнить всегда до самой мелкой мелочи.

Горя как в лихорадке, она села у окна, принялась смотреть в ночь.

Что если он тоже полюбил в ответ, бродит сейчас по пустым улицам в сладкой, больной истоме, рядом с ненаглядной, одновременно бесконечно далеко от неё, в разных мирах. Вот теперь Даша понимала, как можно любить хулиганов, а ведь прежде даже думать об этом казалось неправдоподобным и странным.

К утру она замёрзла, забралась в постель – не спать, согреться, но почти сразу провалилась в забытье без кошмаров и прочих видений.

За завтраком Даша чувствовал себя немного больной.

Соблазн остаться дома, спокойно отлежаться был велик, она заставила себя поесть, отправиться в институт. Когда выходила из парадной, невольно огляделась, вокруг шагали по своим делам обычные люди, кроме того рассвет уверенно выглядывал из-за домов. Жизнь продолжалась, не беспокоясь о существовании вампиров, значит, так ей и следовало.

Образ Зинона слегка поблек, точнее, отступил в тень под напором утренних забот.